| In Montreal, in Cape Town, in Buenos Ayres and Melbourne, in London and Paris, men were reading of this singular struggle. | В Монреале и Кейптауне, в Буэнос-Айресе и Мельбурне, в Лондоне и Париже газеты оповещали своих читателей о происходящей в Чикаго невиданной схватке. |
| At last, and truly, he was a national and international figure. | Имя Каупервуда получило широчайшую известность по всей Америке и даже за ее пределами. |
| His original dream, however, modified by circumstances, had literally been fulfilled. | Мечта его сбылась, хотя и в несколько измененном силою обстоятельств виде. |
| Meanwhile be it admitted that the local elements in finance which had brought about this terrific onslaught on Cowperwood were not a little disturbed as to the eventual character of the child of their own creation. | Меж тем местные финансовые тузы, те, что вдохновляли эти бешеные атаки на Каупервуда, сами испугались, увидав воочию плоды своих усилий. |
| Here at last was a public opinion definitely inimical to Cowperwood; but here also were they themselves, tremendous profit-holders, with a desire for just such favors as Cowperwood himself had exacted, deliberately setting out to kill the goose that could lay the golden egg. | Правда, им удалось, наконец, решительно восстановить общественное мнение против Каупервуда, но разве они сами не получали таких же колоссальных прибылей, не охотились за такими же привилегиями, как он? И вот теперь они своими руками убивают курицу, которая несла им золотые яйца. |
| Men such as Haeckelheimer, Gotloeb, Fishel, tremendous capitalists in the East and foremost in the directorates of huge transcontinental lines, international banking-houses, and the like, were amazed that the newspapers and the anti-Cowperwood element should have gone so far in Chicago. | Хэкелмайер, Г отлеб, Фишел и другие могущественные капиталисты Восточных штатов, стоявшие во главе трансконтинентальных железнодорожных компаний, международных банкирских домов и прочих крупнейших предприятий страны, были потрясены: как могли газеты и все эти противники Каупервуда в Чикаго так зарваться? |
| Had they no respect for capital? | Где же уважение к капиталу? |
| Did they not know that long-time franchises were practically the basis of all modern capitalistic prosperity? | Неужели они там не знают, что долгосрочные концессии - основа основ капиталистического процветания? |
| Such theories as were now being advocated here would spread to other cities unless checked. | Если не положить этому конец, идеи, которые стали проповедовать в Чикаго, получат распространение и в других городах. |
| America might readily become anti-capitalistic-socialistic. | Америка, того и гляди, станет страной антикапиталистической, социалистической. |
| Public ownership might appear as a workable theory-and then what? | Чего доброго, они еще всерьез задумают все передать народу - и что тогда? |
| "Those men out there are very foolish," observed Mr. Haeckelheimer at one time to Mr. Fishel, of Fishel, Stone & Symons. | - Все они там, в Чикаго, ведут себя в высшей степени глупо, - заметил однажды мистер Хэкелмайер мистеру Фишелу, представителю банкирского дома "Фишел, Стоун и Симмонс". |
| "I can't see that Mr. Cowperwood is different from any other organizer of his day. | - Не вижу, чем мистер Каупервуд отличается от прочих предпринимателей. |
| He seems to me perfectly sound and able. | Мне кажется, он человек положительный и энергичный. |
