Ознакомившись с запиской С. С. Уварова, Николай I написал на ней: «Много весьма справедливых мыслей». Однако современники, которым содержание записки стало известно, отнеслись к ней критически. Так, упоминавшийся уже В. Я. Стоюнин высмеял рассуждения Уварова о «равенстве перед законом» граждан России. Он же указал на одну из главных причин, вызвавших уваровскую записку: «Русский вельможа испугался, что с уничтожением Табели о рангах пропадет сила высшего сословия, потому что людям со связями и протекцией чины добывать было легко».
Хотя на протяжении второй половины XIX в. вопрос об отмене чинов (или о реорганизации системы чинопроизводства) неоднократно рассматривался в правительственных верхах, они все же просуществовали до 1917 г. без сколько-нибудь существенных изменений. Решающее значение при этом имели соображения, подобные выдвинутым Уваровым, и сопротивление этой мере самого чиновничества.
Свод законов Российской империи определял дворянство как сословие, принадлежность к которому «есть следствие, истекающее от качества и добродетели начальствующих в древности мужей, отличивших себя заслугами, чем, обращая самую службу в заслугу, приобретали потомству своему нарицание благородное. Благородными разумеются все те, кои от предков благородных рождены, или монархами сим достоинством пожалованы». Неясность этого определения вполне соответствовала неясности самого понятия «дворянство» в представлении современников. Один из дворянских публицистов конца XIX в., задавшись вопросом «Что такое дворянин?», должен был признать, что «общее понятие, скорее чувствуемое, чем осознаваемое, слова «дворянин@ является в виде неясного представления чего-то избранного, привилегированного, неодинакового со всеми остальными людьми». Некоторая растерянность цитированного автора объясняется действительно сложным, разнородным составом дворянства к концу XIX в.
Как было зафиксировано в «пунктах» к Табели о рангах, ко времени ее введения «многократно оказалось, что некоторые себя дворянами называют, а подлинно не суть дворяне, иные же своевольно герб приняли, которого предки их не имели». Поэтому Петр I подтверждал, что «никому, кроме нас и других коронованных глав, [не] принадлежит, кого в дворянское достоинство гербом и печатью пожаловать».
Делая попытку объяснить читателю в общем виде, что же такое дворянство, следует прежде всего определить его как сословие, т. е. особый в правовом отношении слой феодального общества, исторически сложившийся в России к началу XVIII в. и окончательно юридически оформленный Жалованной грамотой дворянству 1785 г. В идеальном случае дворянин — это помещик, т. е. владелец земель и крепостных — основной производительной силы феодального общества. Именно в таком качестве дворянин-помещик являлся главной социальной опорой царизма. В своем имении он выступал отчасти как агент верховной власти, ответственный за поступление налогов с крестьян, исполнение рекрутской повинности, благосостояние населения, за сохранение общественного спокойствия и т. п. Право владения населенными землями и получения с них доходов неразрывно связывалось с обязанностью дворян служить царю и отечеству. Еще указом 1701 г. было категорически определено, что «все служилые люди с земель службу служат, а даром землями никто не владеет». Здесь под землями имелись в виду поместья. Но затем указом 1714 г. к ним были приравнены в правовом отношении и вотчины. Богатство рассматривалось прежде всего как условие независимости и возможность целиком посвятить себя саморазвитию, государственной службе и ведению рационального хозяйства. Однако далеко не все дворяне-помещики были действительно богаты. Министр народного просвещения николаевского царствования князь К. А. Ливен писал, что «линия дворянского сословия столь необозримое имеет у нас протяжение, что одним концом касается подножия престола, а другим почти в крестьянстве теряется». Случаи, когда дворяне, даже титулованные, не имея других средств к существованию, занимались хлебопашеством, действительно имели место в России.
В результате отмены крепостного права, в 1861 г. дворяне лишились права владения крестьянами. Их хозяйства стали, хоть и медленно, эволюционировать по капиталистическому пути. Усилился процесс обезземеливания дворянства. Вместе с тем возросли притязания дворянства на участие в политической власти, в частности на власть на местах.
Служба сообщала дворянину приоритет. В 1712 г. было предписано, «чтобы каждый дворянин почесть и первое место давал каждому обер-офицеру», т. е. служащему дворянину. С введением Табели о рангах это преимущество было фактически распространено и на гражданских чиновников, во всяком случае с VIII класса и выше.
