— Рад разговаривать с разумным человеком! Предложить могу много чего. Смотря что тебя интересует. Деньги? Связи? Может быть… возможность линять от своего соглядатая когда нужно?
Он определенно был умен. Об этом нельзя было забывать ни на секунду, если я не хотел в конце концов остаться в дураках или тем более мертвым.
И это была не просто паранойя.
Чтобы не множить неопределенность и не создавать в голове Тигра новых планов на меня, я не собирался говорить ему, что отец в ближайшие полгода собирался всячески мне потакать.
А без этой информации, к сожалению, для гладиатора моя жизнь изгоя семьи почти ничего не стоила. Он наверняка сейчас думал, что, если убьет меня и аккуратно уничтожит улики, искать виновника никто и не станет.
— Последнее было бы отлично, — кивнул я. — Второе — тоже неплохо. Первое мне не особо нужно прямо сейчас.
— Тогда для начала сделаем так. Если у меня не будет боев или каких-то других важных дел, можешь приходить ко мне когда захочешь, и я позабочусь о том, чтобы твоя тень оставалась за дверью. А еще сведу тебя с одним человечком. Заберешь у него ингредиенты для Нитей, чтобы старик Нимпус не хватился пропажи склянок с полок, а потом можешь сам пользоваться его услугами как захочешь. Но уже не бесплатно, разумеется.
— Разумеется.
— Считай это авансом. Когда получу первую партию Нитей, мы обговорим более весомую плату. Когда это произойдет, кстати?
— Сорок дней, — не моргнув глазом, ответил я.
— Идет, — кивнул Тигр после недолгой паузы, видимо что-то прикинув в уме. После чего встал, подошел и протянул мне огромную, раза в два больше моей, волосатую лапу. — Надеюсь, ты понимаешь, что после того, как мы скрепим наш договор рукопожатием, дать заднюю уже не получится?
— Понимаю, — кивнул я в ответ, вкладывая в его пальцы свою ладонь. — Можете не сомневаться, господин Черный Тигр: я сделаю все, чтобы мы оба получили желаемое.
— У меня все готово! — «поприветствовал» меня Нимпус.
— Да, — кивнул я. — Давайте начнем.
После того, как я выехал из апартаментов Черного Тигра, я уже не стал искать новых приключений себе на голову, отправившись в торговые ряды.
Покатался немного по магазинам, отыскал близнецов, уже успевших накупить себе какого-то сувенирного дерьма на все выданные им деньги, а потом припарковался в небольшом кафе, перекусил, заказал себе огромный чайник фруктового чая и несколько часов потратил на накопление Потока и практику вызова Штиля.
Огромным бонусом того, что мой проводник Потока в «спящем режиме» скрывался внутри моего тела. Даже с возможностью видеть энергию Потока, появляющейся на уровне Цунами, по идее позволявшей замечать в том числе и Поток в чужих телах, было невозможно засечь, что я что-то такое делал.
Так что я мог не переживать, что мой бугай доложит отцу о том, что у меня откуда-то взялась сила. Об этом вообще должно было знать как можно меньше людей до тех пор, пока я не пойму, что смогу постоять за себя с помощью этой силы.
И, наконец, когда в районе восьми вечера освещение сменилось на более приглушенное, часть магазинов закрылась на ночь, а другая часть, наоборот, открылась специально для ночных посетителей, я вернулся в лабораторию Нимпуса.
За это время тут на самом деле немного чего изменилось. Все тот же лабиринт из шкафов и стеллажей, ведущий к лабораторным столам и столам для экспериментов на людях. Но по крайней мере, как и сказал старик, теперь я по крайней мере смогу сам кататься по рядам, разыскивая нужные полки и ингредиенты.
— Давай сюда, — Нимпус подошел к пыточному столу и раскрыл крепеж для руки.
Я поморщился.
— А это обязательно?
— Если ты не хочешь, чтобы я порезал тебя еще сильнее, чем уже есть, то да.
— Ладно.
Подкатив на кресле, я положил предплечье на подставку, после чего Нимпус закрыл два стальных обода и затянул фиксирующие ремни. Ощущение было мягко говоря неприятным, но ради результата можно было и потерпеть.
Старик подкатил кювету с инструментами вроде скальпелей и хирургических ножниц для рассечения швов, после чего стремительно размотал им же наложенный после предыдущего осмотра бинт.
— Готов?
— Нет, — вздохнул я, — но вперед.
— Не волнуйся, — абсолютно по-садистски улыбнулся старик, беря в руку скальпель, что с учетом его глаз, огромных из-за линз, выглядело совсем уж жутко. — Это будет не смертельно больно!
Обезбола не было. По словам Нимпуса, любые посторонние медикаменты могли повлиять на действие мази, и повлиять непредсказуемо.
А потому уже на первом этапе, когда он перерезал швы и начал рассекать плоть, срезая «корочку», наросшую на мясо, я рассыпался таким потоком брани на всех известных мне языках, что даже старик пару раз удивленно хмыкнул.
Это было не больнее, чем в тот раз, когда я отрубил себе пальцы, даже несмотря на то, что в прошлый раз я обколол руку анестезией. Но это было ДОЛЬШЕ. И, пожалуй, если бы не удерживавшие руку ремни, я бы точно попытался вырваться, хотя бы чисто инстинктивно.
