— Спасибо, — кивнул я, чувствуя неприятный холодок по спине.
— Помни, ты обещал, — погрозила мне Мириа. — Насчет дневника.
— Конечно. И покровителю своему об этом можешь не говорить. Не стоит его беспокоить по пустякам, да?
— Да…
Мы собрались у меня в комнате. Этан и Кайл сели на кровать, Архан прислонился к стене.
Около получаса занял рассказ о Теневом Сообществе и о событиях на Арене полугодовой давности. Когда я закончил, парни почти минуту сидели, глядя на меня с круглыми от шока глазами.
— На всякий случай уточню, — произнес, наконец, Архан, — это не шутка и не розыгрыш, и за появлением Найлы в нашем особняке скрывается история о тайной организации, отравлении, заговоре и убийстве Кивана?
— Все так, — кивнул я.
— Жестко, — вздрогнул Этан. — А я-то думал, что у нас тут в центре страсти творятся.
— Но странно, что Теневое Сообщество, с одной стороны, нарушает ваш договор, а с другой, действует настолько топорно и через кадетов, — задумчиво проговорил Кайл.
В целом он был прав, но формулировка заставила меня удивленно поднять бровь.
— Ты о них знаешь?
— Да, — кивнул он, немного помолчав, — дед рассказывал.
Допустим. Хотя Фудиана надо будет позже об этом переспросить.
— Ладно. А мысль здравая. У меня лично такое ощущение, что это все не было санкционировано всем Сообществом, а является чьей-то личной инициативой. Кого-то из влиятельных членов верхушки, способным завербовать наставника и кадетов и даже втихую обучить их чужим техникам, но, тем не менее, одним человеком.
— Которому что-то надо от тебя, — закончил мысль Этан. — Скорее всего тот способ, с помощью которого ты используешь Поток. Зря мы с Ивой в это вписались…
— Во-первых, — нахмурился я. — Обратного пути у вас уже нет. А во-вторых, если бы не я, вы, решив раскрыть свой уровень Цунами, начали бы огребать уже от Мириа. Так что лучше заткнись.
— Как скажете,
— Есть одна мысль, — кивнул я. — И мне нужна будет ваша помощь в ее реализации.
Лазарет пах спиртом и кровью. Я задержался у порога, давая глазам привыкнуть к полумраку. Ива сидела на койке, её спина была напряжена, как тетива лука. Повязка на руке уже пропиталась красным.
— Ты всегда ждёшь! — Она швырнула кружку в стену. Осколки звякнули о камень. — Пока ты строишь свои хитрые планы, они…
Я поймал её за запястье. Повязка под пальцами была липкой, пульс — учащённым и неровным.
— А что ты хочешь, чтобы я сделал? Напал на тех пятерых? Галлон сто процентов объявится и обязательно обвинит меня. Тем более они уже неслабо пострадали. Хуже можно было бы сделать, только искалечив их настолько, что они навсегда потеряли бы способность использовать Поток. А это карается отчислением, что в мои планы точно не входит. Уж точно не ради тебя, сестренка. Не забывай, что еще полгода назад ты меня чуть не отправила на койку лазарета, а месяц назад, встретившись на улице, мы бы даже не поздоровались.
Ива дёрнулась, но не вырвалась. Её глаза горели лихорадочным блеском.
— Тогда что? Ждать, пока они прикончат Этана? Меня? Тебя?
Я разжал пальцы, позволяя ей высвободить руку:
— Не надо драмы. Они бы не осмелились ни убить тебя, ни искалечить. Тем более что у заказавшего нападение старейшины уже появились другие дела. Через Фудиана я подкинул ему дезу, что уже отдал результаты своих исследований покровителю Мириа, а парни изо всех сил пытаются выслужиться перед ней, чтобы со стороны выглядело, будто ее благосклонность к нам выросла. Кем бы ни был заказчик, прямого доступа в центр у него нет, так что он поверит и переключит внимание. А возможность нанести ответный удар мы еще найдем.
Тень от занавески скользнула по её лицу, делая синяки ещё темнее. Она отвернулась, но я видел, как сжались её челюсти.
— Я хочу, чтобы они боялись. Как… как боялась я.
— Они будут бояться, — я отодвинулся. — Даже больше. Потому что когда мы ударим по ним, они даже не поймут, откуда пришёл удар.
И снова оружейная, и снова запах ржавчины и масла. Я уже начал привыкать. Первый стажёр — коренастый парень со шрамом — прижался к стене, услышав моё предложение.
— Ты… ты серьёзно? Против Мириа?
— Когда я выиграю и ее режиму придет конец, вместе с ним кончится и тирания. Да, может быть своих врагов я не стану щадить, как и она. Но своих союзников я буду всячески поощрять: привилегии, звания, советы в тренировках. Или ты не хочешь к концу своей стажировки достичь Цунами?
Его глаза расширились. Жадность победила страх.
— Хочу!
Плюс один. Итого сорок три. И на этом все возможности во фракции самой Мириа были исчерпаны. Дальше оставалось искать сторонников среди не подчиненных Мириа кадетов. И это должно было быть если не сложнее, то точно куда более палевно.
С другой стороны, на «вольных хлебах» было куда больше возможностей найти сильных союзников. Уникальных одиночек или небольшие группки оппозиции.
