Я услышала, как с губ Питера сорвался выдох облегчения, его плечи расслабились.
— Вот и причина, по которой мы здесь, — прокомментировал Эдуард.
— Ты теперь тоже так двигаться можешь? — поинтересовалась я.
Он покачал головой.
— Никто из нас так не двигался раньше. Мы стали быстрее и сильнее, но не настолько.
Питер отошел подальше от Кейна, чтобы успеть заметить, если тот метнется в его сторону для реванша. Он пятился до тех пор, пока не оказался рядом с Эдуардом. Его лицо было бледным.
— Я не понимаю, что произошло.
— Ты его сделал, — ответила я.
— Ты утратил контроль над своим гневом, — сказал Эдуард.
Питер просто кивнул в ответ.
— Давненько такого не было.
— Я научил тебя драться, и ты сам многое узнал в додзё, но с такими навыками приходит ответственность за выбор, когда их использовать и в каких масштабах. Сегодня так жестить не стоило, Питер, — сказал Эдуард.
— Я знаю, правда знаю, но он такое сказал, а ведь Анита только что говорила по телефону со своим отцом, и это просто… я потерял голову. Мне нечем себя оправдать, но мне жаль.
— Контроля ты не утратил, — заметила я, — ты действовал очень технично.
— Я хотел навредить ему, Анита, это ненормально. Я слишком большой и сильный, все становится только хуже. Мне нужно контролировать свои эмоции не меньше, чем тело, в противном случае кто-нибудь пострадает, а меня арестуют.
— Ну, если ты человека так ударишь, то реально его убьешь, — сказал Крейвен.
— Я не хотел никого убивать, — ответил Питер. Он выглядел напуганным, словно тень того мальчика, которого я встретила когда-то, промелькнула на его лице. Я не могла его винить.
— Ты здесь чтобы тренироваться с нами, так? — уточнил Миллиган.
Питер кивнул.
— Мы тебя научим, как справляться с твоей новой силой и скоростью, и как скрывать их.
— Ага, это тоже пригодится. В смысле, если я вот так буду двигаться в додзё, то все поймут, в чем дело.
— Ты быстр, парень, но не настолько быстр, как мы, — сказал Крейвен.
Питер уставился на него.
— Ты серьезно?
Крейвен широко улыбнулся — это была та самая улыбка, которой сверкают все атлетично сложенные мужчины с того момента, как понимают, что они сильнее и крупнее остальных.
— Серьезно, — подтвердил Ашер. — И, пожалуйста, помни, что, когда Кейн придет в себя, он сочтет произошедшее смертельным оскорблением.
— Это угроза? — поинтересовался Эдуард.
— Нет, это предупреждение. Пока я работаю над собой и своей уязвимостью, чтобы не быть тем, кого Анита называет мудаком, у Кейна все становится только хуже. Он здесь только чтобы сопровождать меня на примерку, потому что не доверяет мне, когда его нет рядом.
— Его ревность настолько усугубилась? — удивилась я.
— Боюсь, что да.
— Насколько все плохо? Нам ведь нужно следить за вашей безопасностью, — вмешался Крейвен.
Ему ответил Миллиган:
— Ты мало времени провел рядом с Кейном, но в следующий раз он наверняка попытается порвать парнишку, как только его увидит.
Ашер опустил голову и закрыл лицо руками, словно вот-вот заплачет, или он просто не хотел видеть Кейна на полу. Он так глубоко зарылся пальцами в свои волосы, что зачесал их назад, обнажив шрамы на левой стороне своего лица. Это дало мне понять, как сильно он расстроен, потому что Ашер никогда бы так не сделал перед таким количеством народа, если бы понимал, что именно он делает.
Питер ахнул.
Ашер застыл и очень медленно убрал свои руки, позволяя волосам упасть обратно, как темно-золотым занавескам, за которым он снова мог спрятаться. Когда он заговорил, его лицо было закрыто.
— Если к тому моменту, как Кейн придет в себя, юноша по-прежнему будет здесь, он нападет. Такое оскорбление он стерпел бы от Аниты и других членов нашей верхушки, но он слишком неуверен в себе, чтобы принять его от кого-либо, кого считает менее сильным, — голова Ашера не двигалась, пока он говорил, так что мы видели только его волосы. Он не показывал даже неповрежденную часть своего лица, а значит, его очень сильно задел этот тихий звук, сорвавшийся с губ Питера.
— Если всех это устраивает, то мы отправим Кейна в медицинский пункт «Цирка Проклятых», чтобы он очнулся уже там, — подал голос Миллиган.
— Меня устраивает, — сказала я.
— Да, — подтвердил Ашер, по-прежнему неподвижный, словно он боялся, что Питер еще раз посмотрит ему в лицо.
Пока Миллиган поднимал Кейна с пола, как мешок с картошкой, и пристраивал его к себе на плечи так, как пострадавших носят пожарные, я направилась к Ашеру.
— Что, если я повредил ему спину? — пробормотал Питер.
— Парень, при повреждении спины он бы либо сдох, либо исцелился, — ответил Миллиган и направился к выходу. Крейвен придержал для него занавески.
В дверном проеме Крейвен заколебался и произнес:
— Мы не должны оставлять тебя без присмотра.
— Мы за ней присмотрим, — сказал Эдуард. Меня немного беспокоило, что в это «мы» входит Питер, но он заслужил право быть включенным.
Миллиган рявкнул через плечо:
— Если Форрестер сказал, что присмотрит за ней, он присмотрит. А теперь пошли уже, отнесем вергиену в медпункт, пока он не очнулся.
