Скакун под Дариком удивился переменам не меньше своего седока, с испуганным ржанием пытаясь остановиться и повернуть обратно, чтобы вырваться из этого чуждого для живых места. Полукровка начал отставать, стремительно увеличивая разделяющее его с Гюлимом расстояние и уходить в сторону. Одновременно на него стало накатывать ощущение неконтролируемой паники, как будто он оказался в клетке с голодными львами, которых отделяет от него жалкая перегородка из сухого тростника.
«Нельзя отставать от Гюлима! — Мысленно зашептал он себе, пытаясь совладать с конём. — Он предупреждал, что нельзя!»
Лёгкий порыв потревоженного воздуха шевельнул волосы Дарика, заставив обратить внимание на нечто белое и бесформенное, струящееся над землёй, похожее на рваную гутру. Это Нечто, поравнялось с полукровкой и на миг жадно прильнуло к его плечу, будто истосковавшаяся по вниманию возлюбленная, заставив почувствовать своё леденящее прикосновение через одежду. Потом существо вдруг распалось, разлетевшись прозрачными клочьями, разогнанное властной рукой Гюлима. Ощущение прикосновения тут же пропало, хотя кожа под одеждой, в том месте, где существо подарило ему свой «поцелуй» занемела, а тело налилось предательской слабостью.
— Я же сказал, не отставай! — Гаркнул голос хафаша из центра клубящейся чёрным дымом кляксы, в которую он превратился вместе со своим конём (кстати, сам Дарик только сейчас обратил внимание, что выглядит не меньшей кляксой, только в отличие от хафаша цветов и оттенков в нём больше). — Это место не любит живых.
Вырвав из рук Дарика поводья, он заставил беснующегося коня успокоиться, потянув его следом за собой.
— Где мы?! Это Г-гулла…крайн? — В благоговейном волнении вопросил Дарик, но тут же поправился, назвав Страну Мёртвых, как было принято в Атраване. — То есть, П-периферия?!
— Это Мардакан — Тропа Мертвецов. — Раздражённо пояснил Гюлим. — Это лишь предполье Периферии, которым пользуются духи и призраки. Исчезая в одном месте, они путешествуют здесь и появляются почти в тот же момент в другом, находящимся за многие километры. Многие из них алчут жизни и всадник с конём для них царское угощение. Разве ты не слышал об этом, паврави? Как ты тогда вообще стал учеником некроманта?!
— Я с-сделал нек-кроманта обя…санным… — Постукивая зубами от холода, ответил Дарик, чувствуя, как начинают замерзать пальцы на его руках и ногах.
Их кони больше не скакали по песку, они словно вошли в затяжной прыжок, как птицы паря над унылой серой землёй, плавно и лениво перебирая копытами. Это было необычно и непередаваемо, как будто и вправду летишь… нет, как будто плывешь, уютно устроившись на невидимом облаке. Если бы не этот холод. То, что поначалу ощущалось лёгким морозцем, всё больше крепчало и вот уже лязгающему зубами Дарику начал мерещиться звон ледышек в его штанах. Впереди показались стремительно летящие им на встречу две белёсые ленты, похожие на духа которого недавно прогнал Гюлим. Когда до всадников оставалось всего несколько метров, бестелесные сущности внезапно отвернули, расходясь в стороны, словно сами испугались своей наглости. Было ли это на самом деле, или всего лишь обманом зрения, но Борагусу показалось, что летающие драные покрывала облегают собой человеческие фигуры. Он был готов поклясться, что различает голову и плечи, укрытые под струящейся тканью. Пронаблюдав за их полётом, Дарик обнаружил еще с десяток «лент» хаотично круживших по бокам от него и Гюлима, но по каким-то причинам, не пытавшихся к ним приблизиться. Наверное, боялись хафаша.
Переход из Мардакана в обычную пустыню был так же внезапен, как попадание в него. Просто в один момент призрачные сопровождающие взмыли вверх и растаяли клочьями тумана, унеся с собой серые пески и пасмурный небосвод. Ночь Мира Живых приняла их в свои объятия, после холода Мардакана показавшиеся мягкими и неожиданно тёплыми. Плавный полёт скакунов сменился безумным галопом, сдерживая который Гюлим повернул на ближайший бархан, заставив их взбежать по его склону наверх. Там, на вершине, он натянул поводья, заставляя обоих коней окончательно остановиться.
— Дальше поедем обычным способом. — Не оборачиваясь, объявил ему Гюлим. — Город рядом…
— А… п-почему нам… н-не появить…ся ср-раз-зу на е…го улиц-цах? — Задал дурацкий вопрос Дарик, выковыривая сосульки из ноздрей жеребца.
— В городе мы можем выйти где угодно, оказавшись хоть в кузнечном горне, хоть вмурованными в крепостную стену. — Пояснил вампир, скосив на Дарика красные глаза. — Кроме того есть места закрытые даже для духов.
________________________
[1] паврави — последователь, ученик, «идущий по пути»
[2] Калиф в Атраване ведает лишь религиозными вопросами и не имеет светской власти дальше своей крепости. По сути это аналог Патриарха или Папы
Глава 16. Кровь праведника.
