Дворец был окружён двумя кольцами охраны. Внешнее кольцо составляли плотоядно скалящиеся ас'шабары. Посматривающим из окон обитателям дворца они казались голодными акулами, окружившими корабль и готовыми разорвать всё, что упадёт с его борта. От дрожащих в страхе слуг и нервничающих эльфов, орков-наёмников отделял второй круг отцепления, состоящий из шахской «белой стражи». Эти безмолвные и безликие воины в одинаковых медных масках стояли, не шевелясь, но производя общее впечатление натянутой для выстрела тетивы, готовой спуститься, если ас'шабары скатятся до открытого бунта и ринутся искать виновного самостоятельно. В сам дворец с улицы было пропущено всего трое орков — это их командир Глышак и два его ближних воина-бусграха[2], взятых им скорее для подчёркивания его положения, нежели реально для охраны. Так же там был капитан шахской стражи (называемый вообще-то агыз, что значило «предводитель»), который не так давно запрещал Глышаку творить самосуд и с ним несколько гвардейцев, взятых опять же для подчёркивания своего статуса. Вместе с ними в эльфийское посольство был пропущен мальчишка-бедин, который видел убийцу стражников ближе всех. Глышак требовал от него указать на убийцу, грозя в противном случае выколоть глаза за укрывательство, предводитель «белой стражи» в это же время напоминал о наказании за лжесвидетельство, по которому на выбор вырывали язык или отрубали руку. Бедный мальчишка, до жути страшившийся их обоих, с трудом удерживал себя на трясущихся от страха ногах так, что Глышак в итоге был вынужден подхватить его на руки и усадить к себе на плечи.
— Смотри внимательнее, маленький человечек, — тихо прошипел орк, впиваясь крепкими пальцами в голые ноги мальчика до самых синяков. — Укажи того, кто убил моих воинов. Я насыплю тебе полные карманы золота, что ты никогда не будешь знать голода, если укажешь мне на него!
Новые хозяева дворца выстроились в его обширном дворе, заняв собой всю террасу перед входом и окружив пруд. Эльфам не очень нравилось, что их как рабов на торге лицезрят размалёванные зеленью орочьи образины, но приходилось терпеть, как терпел сам посол — лорд Фириат, давший разрешение на этот осмотр. Окончился же он, как и ожидалось — ничем. Глышак несколько раз протащил перепуганного пацана мимо эльфийских рядов, заставляя пристально рассматривать каждого и начинал по-тихому свирепеть, раз за разом получая отрицательный ответ. Умом он понимал, что злиться на паренька смысла нет. Он видел убийцу в темноте дома и мог даже не рассмотреть его толком. К тому же, они имеют дело с эльфами, а эльфы большие мастаки прятаться под чужими личинами. Кто знает, может они и в этот раз замутили разум мальчишки?
— Мы зря тратим время. — Шахский капитан, всё это время бывший рядом, еле слышно зевнул под своей маской. — Его здесь нет.
— Проклятые эльфийские штучки… — Прошипел в ответ Глышак, снимая мальчишку со своих плеч. — Проклятое эльфийское колдовство. Они наверняка отводят нам глаза, чтобы спрятать его!
