Чем я и воспользовался, влепив пулю второму противнику в глаз. А потом, даже не пытаясь стрелять, резко перемахнул через перила на пролёт выше. Вульфов я за те дни, пока на заставе отражал нашествие Тьмы, насмотрелся по самое не балуй. Они не такие уж тупые и медлительные. Когда надо, быстро двигаться умеют.
И точно! В том месте, где я стоял секундой ранее, приземлилось мощное тело. Сверкнули клыки, но вместо моей плоти лязгнули по металлу лестничных перил, жестоко сминая его. А я выстрелил, даже не успев до конца обернуть голову — почти наугад. Попал!
Третья тварь взвыла, отлетев к стене и принявшись скрести лапами камень пола. Небезуспешно, к слову: когти у неё были крепкие и оставляли в камне глубокие борозды. Я же, придавив жабу, вопившую о цене патронов, пустил контрольный в голову. И только после того, как тварь затихла, снова сунулся вниз.
Девушка забилась в угол лестницы, продолжая удерживать щит и подвывать в голос. Рядом с ней валялись два мёртвых тела отродий. Надо было как-то приводить потерпевшую в чувство, но её щит перекрывал мне к ней доступ. И, по всему выходило, придётся ждать, когда «дева в беде» осознает, что опасность миновала.
Вот только кто сказал, что всё закончилось⁈ Судя по пыхтению внизу, оно только начиналось. Заглянув между перил, я увидел, как с первого этажа, пыхтя, ползёт бурдюк…
Опасность у этого отродья средняя, но только за счёт медлительности и неповоротливости. Но и то, и другое становится неважным, если эта туша уже подползла достаточно близко к тебе: увернуться от кислотного плевка, летящего веером, очень непросто.
Как и убить бурдюка.
В тело стрелять бесполезно: там у него прямо в коже растут плотные костяные чешуйки. Даже со специальной пулей с первого раза не пробить. Разве что егерская возьмёт. И даже каким-то чудом пробив, ничего не добьёшься. На то он и бурдюк, что внутри тела — сплошной желудок, заполненный кислотой. А эта гадость мгновенно окисляет хладное железо, сводя его эффект на нет.
Стрелять по глазам, которых шесть штук и висят они на тонких стебельках там, где должна быть голова? Так он, потеряв зрение, начнёт крутиться, как волчок, и плеваться во все стороны. В результате, только хуже будет.
Мозги у бурдюка, прямо как у подростка, расположены между ног. Только не болтаются снаружи, а скрываются внутри тазовой кости. Сверху прикрыты безразмерным желудком, с боков — толстенными ногами. Стрелять надо либо с фронта, либо с тыла. Тогда есть шанс пробить кость. Ну или хотя бы заразить этого жирдяя ядом хладного железа.
Ноги прикрыты той же кожей, что и тело. И, к слову, нечувствительны к хладному железу. Во всяком случае, никто не видел, чтобы бурдюк умирал от попадания в ноги. Даже штык-нож его в этом месте не сумеет отравить.
Самый простой способ убить бурдюка — стрелять снизу, в сфинктер, располагающийся чётко между ног. Вот там победа одним выстрелом. Жаль, бурдюк никого к себе под ноги не пропустит: раньше заплюет и сожрёт. К слову, ни меня, ни худосочной брюнетки отродью не хватит. У него в желудок три взрослых мужика легко помещаются.
В общем, надо было хватать брюнетку и затаскивать обратно в коридор. Заодно и закрыть ведущую в него дверь. Лучше даже чем-нибудь тяжёлым привалить.
А затем попытаться уйти вниз по второй лестнице.
Правда, и на первом этаже звучали выстрелы. Кто и из чего стреляет — было неясно. Но помощи оттуда ждать не приходилось. Там, видимо, людям тоже есть, чем заняться…
Подскочив к щиту брюнетки, я постучал по нему и сообщил:
— Снимай! Уходить надо!
— Я больше не поставлю такой! — пожаловалась девушка дрожащим голосом. — Это я от страха!..
— Да не поможет тебе щит от бурдюка! А ему три пролёта сюда пыхтеть осталось! Снимай щит и бежим! — категорически потребовал я.
— А ты его не убьёшь? — с надеждой спросила эта дама, похлопав ресницами.
— Вот этим? — я показал «пушка». — Пока я нахожусь выше?..
— Это значит нет? — уточнила девушка, когда я замолчал.
— Нет… Снимай щит, или ухожу без тебя!
К моему счастью, девушка оказалась не совсем тупой. Видимо, решила, что с вооружённым человеком, но без щита — гораздо спокойнее, чем со щитом, но одной. Тряхнув руками, она сбросила колдовство и первой заскочила на этаж.
Я влетел следом и, захлопнув двойную дверь, ведущую на лестницу, огляделся в поисках чего-нибудь… Чего-нибудь такого, что удержит её закрытой хотя бы несколько секунд! На глаза попалась только деревянная табуретка. Придавив её к полу ногой, я безжалостно расшатал и выломал крепкую ножку.
— Слышь, ты чего творишь, вандал? — возмутился кто-то у меня за спиной.
Не обратив на этот крик внимания, я вставил ножку в ручки двери на манер засова.
— Э-э-э… — обернувшись, я обнаружил стоящего на пороге комнаты растерянного парня, который смотрел то на мой револьвер, то на табуретку, то на дверь.
— Валим в тот конец коридора! — рявкнул я, кидаясь прочь от лестницы.
