— По сравнению с тем, что у Байкала, дырявая! — уверенно повторил «недовольный». — Ладно, давай ещё по стопочке и к делам… Скоро уж и моя ссылка тут закончится.
— А чего это? — удивился Иванов. — Пообещали перевести?
— Нет… Но переведут! — уверенно заявил «недовольный».
— И когда? — с интересом спросил гость.
— Когда-когда… — недовольный прищурился и понюхал напиток. — Когда Тьма возьмёт город, тогда и переведут.
Я даже застыл, глядя на это сообщение и не веря своим глазам. Вывоз населения? Сейчас? А как же моя сестра? Уезжать без Софии я не собирался. И оставалось надеяться, что это просто дополнительное уведомление от властей. Вывоз людей и так шёл полным ходом, но, между тем, наши Васильки никто пока эвакуировать не планировал.
Очень захотелось связаться с Марией Михайловной или, на худой конец, с Константином Петровичем, чтобы узнать, насколько всё серьёзно и к чему готовиться. Однако делать этого в час ночи я не стал. И так полвечера потерял вместо того, чтобы учиться…
Зато теперь рядом с холодильником стояла миска с кошачьим кормом. Правда, по размерам она куда больше подходила для крупных собак, чем для кота. Но у Семёна Ивановича было своё мнение насчёт того, сколько навскидку может сожрать мой ночной гость.
Огромную упаковку корма на пятьдесят килограммов я спрятал в шкафчик на кухне. И теперь оставалось лишь ждать, примет ли ночной гость угощение. Но пока кот не появлялся, а мне нужно было не терять время и дальше, а зубрить юриспруденцию. Потому что преподаватель, полный сил и готовый принять хвосты, должен был вернуться из отпуска уже завтра.
Жаль, на пятом часу зубрёжки голова напрочь отказалась что-либо запоминать. Однако я не собирался сдаваться: вновь и вновь заваривал себе крепкий чёрный чай, чтобы глубже нырнуть в тонкости русских законов. Спасибо Васе, зубрить приходилось не по учебнику: у меня теперь были конспекты занятий. Девушка встретила меня вечером в столовой и, узнав про надвигающуюся беду, решила подсобить. Так что объём, который мне предстояло выучить, заметно сократился.
За окном лил дождь… Тучи налетели на закате, заполнив всё небо от края до края, но какое-то время на улице по-прежнему было тепло. А вот потом завыл, словно бешеный пёс, ветер, и в окно остервенело застучали первые капли. Ну а сейчас снаружи лило, как из ведра. Из очень большого ведра, вероятно. Может быть, даже великанского. Или вообще крана: настежь открытого и с бесперебойной подачей воды.
Вдоволь насмотревшись на этот апокалипсис, я отлип носом от стекла и снова уткнулся им же в конспекты Васи. Поэтому и выпал на какое-то время из реальности. Перед глазами мелькали, один за другим, элементы местной системы законотворчества… И память Андрея мне на сей раз помочь не могла: в его мире с этим было полегче. Во многом благодаря тому, что у них, по сути, весь свод законов несколько раз начисто переписывали.
