Поэтому я сделал ставку на осторожность: чтобы ни «Без Тьмы», ни городовые, ни кто-то другой нас не засекли. И, надо сказать, это было не так уж сложно. Один раз, правда, нашего парня задержал дворник, неожиданно выруливший из-за угла. Но, разобравшись, из-за чего драка, отпустил: без протокола и вызова полицейских. Просто наподдал метлой по заднице — для профилактики дальнейших правонарушений.
Скорее всего, нас до сих пор не замечали по одной простой причине: Ишим бурлил с каждым днём сильнее и сильнее. Весь остаток сентября я наблюдал, как в обществе копится напряжение. Неизвестный убийца продолжал кровавую игру, каждый раз доказывая, что чердак у него свистит даже в безветренную погоду. Жестокость убийств, если честно, зашкаливала…
Объединившись, главы родов объявили совместную награду: в полмиллиона рублей за голову и по двадцать тысяч за информацию. И всё равно этот урод оставался неуловим… Он умудрялся обходить охрану, пролезать сквозь защитные плетения и охранные системы… И почти ежедневно оставлял после себя новый труп. Причём особую нелюбовь этот псих питал к ишимским Василькам. Две трети покойных были их ученики.
А параллельно, одно за другим шли шествия «обычных». То против двусердых, с уже знакомым «попом Гапоном» во главе… То против усиленного призыва, который объявили в Ишиме… То против ещё чего-нибудь эдакого… Ощущалось это, как будто люди сходят с ума прямо на глазах. И радовало лишь одно: что правитель княжества, сиятельный князь Дашков, умудрялся держать в узде местные средства массовой информации. Или, как их называли в этом мире, средства общественного осведомления.
Беда была в том, что двусердых тоже не устраивало происходящее. И всё чаще я слышал разговоры наподобие тех, что пытался как-то в столовой вести Федосеев. Ученики шептались по углам, бурно обсуждая, почему власть бездействует, пока Ишим погружается в хаос.
А если я, хоть и был наглухо повёрнут на учёбе, слышал такие разговоры — значит, их слышали все до единого. Жаль, что даже понимая подоплёку происходящего, я не представлял, что в такой ситуации делать. В плане политических технологий этот мир отставал от мира Андрея на столетия. Здесь и самые примитивные манипуляции безотказно срабатывали.
Это на той Земле, где не знали Тьмы, у людей выработался иммунитет к топорной пропаганде. Всё-таки почти двести лет международных информационных войн — это, как ни крути, солидный опыт в отлове особо скользкой лапши с ушей. А здесь…
А здесь даже люди, не единожды битые жизнью, начинали сомневаться в, казалось бы, очевидных вопросах. Что уж говорить про молодёжь, которая азартно велась на тупые листовки с такими же тупыми лозунгами.
Возможно, будь у меня выход на род Дашковых, я бы предложил им свои услуги по противодействию информационной атаке. И даже сделал бы, наверно, успешную карьеру на этом поприще…
Но как объяснить свои знания? И как доказать свою правоту? Я всего лишь девятнадцатилетний парень, которого никто всерьёз не примет.
Оставалось наблюдать, как Ишим погружается в хаос, параллельно продумывая пути отступления. Главное — успеть вытащить семью, когда начнётся настоящая мясорубка. А чтобы в решающий момент не оказаться беспомощным, я вгрызался в учёбу, как голодный волк в глотку добычи.
Я даже сумел выпустить свой первый «огненный шар». По размеру он больше напоминал детский кулачок, да и летел как-то медленно…
А что хуже всего, встреча с первым же препятствием закончилась со счётом 1:0, и не в пользу шара. Он не дал жару, а просто бессильно вспыхнул и исчез.
— Фёдор Станиславович, а почему я никак не могу ускорить свой снаряд? — после одного из занятий я не выдержал и подошёл к преподавателю по атакующим плетениям, Тихомирову Фёдору Станиславовичу.
— Федя, а тебе зачем? — удивился тот.
— Ну… Чтобы, например, нельзя было от него увернуться! — объяснил я, выразительно скосив взгляд на обложку учебника, где сверкала золотом надпись «Атакующие плетения».
— Этот шарик огня, который мы делаем на уроке, всё равно бесполезен! — улыбнувшись, качнул головой Тихомиров. — Всего лишь способ потренировать способности.
— А что надо сделать, чтобы он стал полезен? — упрямо стоял на своём я.
— Температуру внутри поднять до тысячи градусов. И плотность увеличить. — усмехнулся преподаватель. — Вот только у тебя на это, Федь, жгутиков не хватит. Плетение получается очень сложным. Вот смотри…
Он выставил вперёд руки, а я сразу переключился на теневое зрение. Преподаватель начал плести уже известный мне огненный шар, жгутиками накручивая на него всё больше элементов. И да, в какой-то момент ему пришлось соединять сразу с десяток «основ»…
— Вот этот шар будет поджигать почти всё, до чего долетит. Если хочешь, к тому же, его ускорить, придётся накручивать новые «основы» движения. Однако надо понимать, Фёдор, что каждое новое добавочное движение будет обходиться дороже и дороже.
— Чувствую себя безруким со своими пятью жгутиками… — вздохнув, пробормотал я.
