— Я ему ща ввалю! — устав злобно пыхтеть, тихо пообещала София.
— Не смей даже! — шёпотом предупредил я её. — Ты, конечно, ещё не двусердая, но могут прицепиться к тому, что была куколкой.
В том, что моя сестра ввалит и выйдет победителем — я не сомневался. Парень, который поднимал самооценку за мой счёт, был таким дрищом, что ему и порыва ветра бы хватило — не то что затрещины от Софии, которая спортом не брезговала.
А он, к слову, уже перешёл к шуткам на грани. Обогнал меня с сестрой и принялся плевать на асфальт, растирая плевки:
— Перед некоторыми людьми дороги должны мыть! Пусть будут чистыми эти дороги!
Откуда-то из глубины души начала подниматься волна ярости. Ярость была столь сильной, что мне понабилось сделать усилие, чтобы её сдержать. Я даже на секунду остановился, мечтая врезать этому идиоту.
А потом резко свернул, увлекая за собой Софию.
— Мы куда? — негромко спросила она.
— Пойдём его подставлять! — ответил я.
В любой толпе формируются потоки и течения. Неосознанно люди, идущие в одну сторону, держатся одной стороны, а идущие в другую сторону — другой.
Я вклинился в поток, идущий нам навстречу, и принялся в нём лавировать. На меня смотрели неодобрительно, но замечаний не делали: всё-таки обычно движение по тротуарам никто не регулирует.
Прицепившийся парень бросился было за нами, но тут либо сосредоточься на дороге, чтоб ни в кого не врезаться — либо свои шутки шути.
Он попытался шутить. И спустя пару минут столкнулся с парой прохожих, которые порадовали оба моих сердца, обматерив его на чём свет стоит.
Последний, кого случайно толкнул шутник, ещё и не позволил ему уйти, крепко-накрепко ухватив за руку. И пока тот ругался на чём свет стоит и требовал его отпустить, мы с Софией успели убраться подальше.
— Вот поэтому мне и нельзя в общественные места… — усмехнулся я, когда мы вышли, наконец, на автостоянку. — Хоть один козёл обязательно сыщется.
— Неприятно было… — поморщилась София. — Ты точно не имел права ему вломить?
— Повода он не давал, — пояснил я. — Вот если бы плюнул на ногу, тогда ещё можно было хоть за что-то уцепиться. Но он хитрый был, зараза: держался на почтительном расстоянии.
— Вообще-то даже просто плеваться в общественном месте запрещено! — заметила София.
— Ага, но пока будешь ждать городовых, он покуражится и сбежит, — пояснил я. — Его даже за оскорбления без помощи стряпчих не получилось бы привлечь. Вот такие дела, Соф…
— Сурово. Даже не знаю, что тебе на это сказать! — заметила София и, прежде чем сесть в бричку, обернулась на торговые ряды. — А может, всё-таки мне вернуться и отделать его?
— Не стоит! — покачал я головой. — Мелкие ждать не будут.
Как и мама. С которой встречаться очень не хотелось.
Но выбора у меня, похоже, не было.
