— Му-умя!
Причём мявк был такой осуждающий, что даже мой пубертатный двойник смутился. И отступил от каменной искусительницы на один небольшой шаг.
А сама Тьма резко повернулась к коту:
— Ты-ы-ы! Предатель! Как ты посмел сюда явиться⁈ Кто тебе позволил⁈
Темнота в проходе снова зашевелилась, а потом из-за стойки раздался грохот и сдавленные ругательства. Через секунду рядом с котом поднялся Андрей, и у меня от сердца отлегло. Этот тип в замасленной майке точно не захочет обниматься со статуями.
— О! Опять каменная баба! — удивился он, после чего перевёл взгляд на Федю и приветственно усмехнулся. — Здорово, малой! Опять тебя на всякую дрянь тянет, да? Сочувствую. А я тебя у храма ждал-ждал… А потом этот кот появился, и давай звать куда-то!
— Убирайтесь! Вы оба! И ты, и твой кот! — Тьма открыла глаза, полыхнувшие чернотой, и, уперев руки в бёдра, раздражённо топнула, как самая обычная сварливая женщина. — Не мешайте нам! Я верну Феде его тело! Подарю ему жизнь! Настоящую!..
— Вообще-то, дамочка, это не мой кот, — пожал плечами Андрей. — А жизнь…
Он на миг присел за стойкой, а когда появился вновь, в руке у него был череп. И этот череп Андрей водрузил на столешницу, аккуратно пристроив на место поломанную челюсть:
— Не этому ли парню ты в прошлый раз жизнь обещала?
— Это женский череп… — поджав губы, заметила Тьма.
— Да какая разница⁈ — Андрей захохотал. — Это череп, дура ты каменная! И этому черепу плевать, кому он принадлежал при жизни! Он просто мёртвая кость!
Он постучал по этой самой кости, не испытывая, похоже, пиетета перед чужими останками. А череп противно захрустел, живо напомнив звук, который раздавался, когда статуя ходила за стойкой.
Она что там, по черепам разгуливала?
— Не зли меня! — Тьма нахмурилась и двинулась на Андрея. — Не зли, или я отправлю тебя в небытие прямо сейчас! И уже твой череп будет лежать тут…
Обогнув стойку, она протянула к Андрею руки, и в этот момент мужчина перехватил её за запястье, не давая подойти. А когда Тьма надавила, сделал шаг к ней, чуть отклонившись — и выполнил классический бросок через бедро.
Конечно, яростно закряхтел от натуги… Но всё же отправил каменную сволочь обратно во тьму прохода.
— Вот так! — удовлетворённо заявил он и отряхнул руки от пыли, а затем перепрыгнул через стойку и, оказавшись рядом с Федей, потянул его за предплечье: — Малой, быстрей! Валим отсюда, живо!..
— Она обещала вернуть мне тело! — возмутился юный придурок, вырываясь и отступая к стойке. — Это моё тело!.. Моя жизнь!..
— Малой, ты дурак? — с критическим вздохом, скорее, подытожил, чем спросил Андрей. — Какая, на хрен собачий, твоя жизнь? Где ты её жил-то?
— Я Фёдор! И эта жизнь моя! — не согласился придурок.
— Меээу! — с сомнением заметил Тёма, спрыгивая на каменный пол.
— Вот-вот! Я с этим умным котом согласен! Ты с шести лет всё на свете просрал, малец! Но при этом как был Федей, так и остался Федей, — Андрей покачал головой. — Мы с тобой оба прошлое, малой! Прошлое, которое надо оставить за спиной! Смирись с этим!
— Не хочу… — всхлипнув, заупрямился парень.
— Понимаю, сложно… — кивнул Андрей. — Мне легче, я пожил. А вот ты толком и не успел… Но ведь это ты принял решение уйти, малой. Ты. Тебя никто не заставлял. Это ты уступил тело! Сам!
— Он отнял его! — с обидой парировал Федя.
— Кто он-то, малой? — Андрей хохотнул. — Он — это вообще-то ты! Он родился в твоём теле, понимаешь? Он настоящий владелец и тела, и жизни! А мы с тобой — просто осколки личностей. И даже странная каменная баба не может вернуть то, что тебе не принадлежит. Заканчивай эту комедию, короче! Пошли отсюда!
— Я так не хочу! — Федя заупрямился, хотя Андрей был тысячу раз прав. — Я тоже хочу полноценную жизнь! Как у него, как у тебя!..
— И кто тебе мешал-то? — удивился Андрей. — Жил бы и дальше. Но нет, ты же принялся отрицать сам себя, пацан! Ты, сцука, снялся с чемпионата ещё до начала отборочных! А теперь орёшь: пустите меня в финал, я достоин! Да из твоих пятнадцати-шестнадцати лет жизни у тебя только треть твоя, а ещё десять — по его милости! Это он тебя не забыл, придурка полоумного. И этим ты хочешь заплатить ему за спасение от забвения?
— Мяу-а! — нетерпеливо переминаясь с лапы на лапу, согласился Тёма.
— Тебя нет, парень! И никогда не было! — покачав головой, Андрей поскрёб заросший щетиной подбородок. — Ты просто проекция того мелкого Феди, который был, пока не начал вспоминать меня. И тебе выходит, в реальности, не больше шести годков!
— Как мило! — темнота в проходе шелохнулась, выпуская из себя каменную статую.
И да, она снова была каменной — совсем. Ни проблеска жизни в серой шершавой поверхности.
А вот тьма, плескавшаяся в глазницах, буквально лилась по щекам.
— Я так и не поняла, о чём вы! — с обидой заметила она, а затем поджала каменные губы, хитро прищурилась и стрельнула рукой в сторону Тёмы.
Но, видимо, даже Тьма неспособна соперничать с кошачьей реакцией. Изогнувшись в немыслимом пируэте, угольно-чёрный хищник сверкнул глазищами и ушёл от каменных пальцев.
Причём уйти умудрился в сторону Феди, заодно рассадив ему когтями плечо.
