Мир, в котором все начали отвечать за слова. И мир, в котором сильный всегда был прав. Мир, отвратительный тем, что право сильного там встало в полный рост. И пусть этот мир не продержался и нескольких лет, а закон в результате вернулся на место, но память у Андрея о нём осталась.
И нет, в этом мире не нашлось ничего хорошего. Нищета одних и блеск чрезмерного, бьющего через край, богатства других. Сияние дорогих витрин и облупленные вывески на старых магазинах окраин. Мусор и неухоженность повсюду, куда не дотягивались всемогущие деньги.
Мир испарившихся прав, вакханалии пошлости, кровавой жадности и беспредела сильных.
Закон, несмотря на тысячи своих недостатков, оказался привлекательнее. Страна повернулась обратно к нему, а его служители медленно, иногда неохотно, но всё-таки неуклонно стали наводить порядок.
И мир закона действительно проявил себя лучше. В нём ты хотя бы не боялся засыпать каждый вечер в собственной кровати.
Так что я придержал свои фантазии. В подкинутых воспоминаниях, конечно, было много личного от Андрея… Но даже половины из увиденного хватило, чтобы этой России я такого не пожелал. Здесь без того имеются и потерявшие берега бояре, и Серые Земли, где царит беззаконие. Этого, мне кажется, вполне достаточно — и даже немного чересчур.
Второй звонок застал меня врасплох, когда я уже допивал чай. И снова он был с незнакомого номера, но уже другого.
Чуть посомневавшись, я всё-таки поднял трубку. И недовольным, слегка уставшим голосом сообщил:
— Седов Фёдор, слушаю…
— Здравствуйте, Фёдор Андреевич! Вы меня не знаете, но мне порекомендовала позвонить вам подруга Галина Прилеснова, она к вам обращалась… Обращалась по поводу одной услуги… Меня зовут Алёна Горбунова, и я хотела бы тоже попросить вас о такой же услуге… Вы, пожалуйста, простите меня, что так рано!.. — скороговорка и милый девичий голосок ввели меня в лёгкий ступор. — Но, Фёдор Андреевич, мне кажется, за мной увязались
Мне аж, честно говоря, захотелось поставить запись разговора, чтобы затем предъявить его хлыщу со словами: «Понял, как надо общаться с Фёдором Седовым, хамло⁈». Однако я, само собой, подобной фигни делать не стал.
Вместо этого подтянул к себе блокнот, карандаш и уточнил:
— Они уже приставали к вам?
— Нет… Нет, они, кажется, ко мне приглядываются! — отозвалась Алёна. — Дня два назад за мной один из них, похоже, шёл… Я перепугалась и с тех пор не выходила из дому. Отпросилась с работы.
— Алёна, вы понимаете, что мы даже не знаем, кто за вами ходит? — отодвинув блокнот в сторону, уточнил я.
— Да… Да, я понимаю. Но мне очень страшно… Я… Я, наверно, если они ко мне прицепятся, умру от страха ещё до того, как они рот откроют… Простите меня, Фёдор Андреевич… Я не знаю, кто, кроме вас, может мне помочь… — девушка как-то сникла. — Признаюсь честно… Я ужасная трусиха!
Не знаю, как насчёт трусихи, а вот манипулировать мужиками девочка умела виртуозно. У меня даже плечи как-то сами собой расправились, лицо приобрело мужественное выражение, а в штанах от нежного голоска что-то зашевелилось, обретая волю и твёрдость.
Ну у меня же учебный целибат! Как так-то⁈
— Алёна, это не телефонный разговор, — прочистив горло, решил я. — Давайте где-нибудь с вами пересечёмся и обсудим…
— А можно у меня дома? — испуганно спросила девушка.
«Да! Нужно! Чаем меня угостить нужно! Отблагодарить за помощь!» — взревело в голове переполненное гормонами подсознание молодого человека, у которого в последнее время очень тяжело с девушками.
— Алёна, скажу так, я никогда не встречаюсь с заказчиками на дому… — сглотнув подступивший к горлу рык самца во время гона, ответил я. — … Только в общественных местах.
А ещё я сам слегка испугался того, какое воздействие девушка на меня оказывает. И это даже не находясь в пределах видимости! Магия голоса какая-то, что ли?
— А-а-а-а… Понимаю, ладно… — Алёна на том конце совсем погрустнела. — Давайте тогда где-нибудь недалеко от моего дома… У нас есть приличный трактир рядом… Давайте там? Пожалуйста!.. Прошу вас, Фёдор Андреевич!
Либо с ней, либо со мной определённо было что-то не то… От предложения посидеть в трактире с красивой молодой девушкой — по делу причём, строго по делу! — моё тело сделало очередную стойку.
Вернуть себе трезвое мышление стоило четырёх секунд молчания и невероятных усилий.
«Один я туда не поеду! — твёрдо решил я, понимая, что творится какая-то чертовщина. — Бубна взять, что ли? И Кислого заодно!»
— Хорошо. Давайте я посмотрю, что у меня со временем, и перезвоню вам. На этот номер, да? — стараясь не допустить в голос ни одной ласковой нотки, поинтересовался я.
— Только не вечером, пожалуйста! Только не вечером! — взмолилась девушка. — Я не заставлю себя выйти из дому, Фёдор Андреевич!..
