За окном проносилась темнота и далёкие огни селений. Иванов уверенно вёл машину на юг, не выказывая ни малейшей усталости. А вот остальные спутники уже спали. Первой не выдержала Авелина: склонила голову мне на плечо, при этом обняв Тёму, и уснула так крепко, что их обоих не будили даже подскоки на дорожных выбоинах.
Следом уснула Малая: видимо, слишком долго смотрела на трассу, уносившуюся под колёса в свете фар. Костя продержался дольше всех, но и он начал задрёмывать на второй час поездки. И я остался единственным бодрствующим пассажиром.
— Фёдор Андреевич, не спите ещё? — глядя в зеркало заднего вида, уточнил Иванов.
— Нет, Иван Иванович, — ответил я.
— Будьте добры тогда: посмотрите в трубке карту местности. Надо понять, сможем ли мы проехать по тракту вдоль железной дороги, или нужно уходить в сторону Грекоморска. Мне путеводитель показывает, что там сейчас перекрыто.
Мой путеводитель, то бишь встроенный навигатор в трубке, говорил о том же, но…
Раз уж от меня ждали более развёрнутой информации, я не поленился прошерстить местные новости.
Результат по-прежнему был неутешительным:
— Перекрыто до двадцать второго ноября. Путепровод пострадал от землетрясения.
— А поезда ходят? — спросил Иванов.
— Поезда ходят, — подтвердил я. — Но с задержками.
— Надо было воспользоваться предложением военных и полететь… — вздохнул опричник.
— Почему вы так уверены, что скрытень ушёл в порт Кавказ? — спросил я. — Почему не в Дзауджикау?
— Оттуда удобнее уходить в сторону Эрана, — пояснил Иван Иванович. — А мы ведь имеем дело с греками. С учётом того, что они пытаются вывезти похищенный артефакт, в Эран они пойдут лишь в случае крайней нужды.
— Почему? — удивился я. — Через Хвалынь они могли и в Эран уйти, так ведь?
— Артефакт, Фёдор Андреевич! Всё дело в нём… — сказал Иванов и замолчал.
Я уже решил было, что продолжения не последует, но ошибся.
— Пять месяцев назад из царской казны была похищена тамга Джучи, старшего сына Чингисхана… — произнёс Иван Иванович, вновь пристально глядя на меня в зеркало заднего вида. — Разумеется, распространяться об этом нельзя. Сведения секретны. Я, Фёдор Андреевич, подписку с вас брать не буду, вы надёжный молодой человек… Однако предупредить обязан.
— Разумеется, — кивнул я.
— Похищение устроил один из царских дьяков, имевший доступ к казне. Мы не знаем, когда и как на него вышла разведка ромеев… Даже не представляли до последних дней, чья именно это была разведка. Но похищение провели крайне искусно. В итоге пропажу обнаружили только на следующий день, когда дьяка, естественно, уже и след простыл… Естественно, объявили розыск, который продолжался всё это время. Однако найти похитителя не удавалось. К поискам сразу подключили ПУП и РУТ. И вот они, используя своды данных, вычислили два вероятных направления бегства. Первое — в сторону Пскова и Скандинавской Тьмы. Второе — в Серые земли за Урал-камень.
— Почему именно туда? — уточнил я.
— Уходить с таким артефактом надо там, где узко. И где наше царство не может отследить, — пояснил Иванов. — Вы же понимаете, Фёдор Андреевич, что с нынешней цифровизацией не велика сложность найти человека. Вы же пользуетесь трубкой, жёстко привязанной к вам, и счётом, тоже привязанным. Ваш браслет-удостоверение раз в день сообщает ваше примерное местоположение. Любое ваше устройство — лазейка для обнаружения. Но есть области, где это не так-то просто…
— Граница с Тьмой, — кивнул я.
— Именно! А ещё Серые земли, где тоже частые перебои со связью. Эта область долгое время находилась под Тьмой. Во время Великого Похода её удалось выбить оттуда. Но влияние-то сохраняется, хоть и начинает слабеть, — Иванов замолчал.
— Поэтому в Серых землях никто не живёт? Из-за влияния Тьмы? — уточнил я.
— Фёдор Андреевич, вы меньше верьте тому, что рассказывают СНО, — усмехнулся опричник. — В Серых землях хватает и поселений, и людей. Туда уходят те, кто пытается выйти из-под опеки русского закона. И давно уже можно было окончательно присоединить эти земли… Но куда в этом случае девать недовольных местных?
— А недовольных, судя по всему, много? — я покивал.
