Свадебные костюмы с нуля нам, конечно, шить не стали: времени бы не хватило. Но подогнать готовые под наш размер? Не так уж сложно. И этим-то портные, сняв с нас мерки, и занялись.
И нет, здесь свадебные наряды не растеряли национальный дух.
В итоге, мне полагалась косоворотка, ну или просто стилизованная рубашка навыпуск, к ней — свободные тёмные штаны, а ещё широкий пояс с зацепом на левом боку и свободными концами. Раньше пришлось бы ещё натянуть сапоги… Но в двадцатом веке даже ревнители традиций переключились на нарядные туфли.
К слову, особую нарядность подчёркивали узоры, желательно с золотом. И ещё неплохо бы для красоты лямку с металлическими заклёпками. Совсем как у сраных ковбоев из мира Андрея.
У женщин всё тоже было непросто. Свадебное платье — что-то среднее между длинной рубахой и сарафаном, а вместо пояса — корсет. И это всё тоже должно быть нарядным. Ну то есть, как минимум, вышивка и сочетание красного с белым обязательны. Ну а причёску должен венчать обруч с височными подвесками и фатой — и никак иначе.
Учитывая, что жениться нам предстояло на тридцатиградусной жаре… В общем, Авелине я откровенно сочувствовал. Спасибо, хоть ткани в царских запасах были лёгкими, почти невесомыми.
Когда портные выпустили нас из цепких лап, меня потащили к цирюльнику, а Авелину — куда-то ещё. Причём с подозрительным воркованием и обещаниями завтра сделать из неё писаную красавицу. Как будто она и без того не красавица — даже обидно, чесслово…
Меня же просто побрили и подстригли. Вновь я легко отделался. Вспомнились слова моей сестры Софии: «Хорошо вам, мужикам. Проснулся, плюнул на ладошку, волосы пригладил… И уже красавец».
Видимо, так оно и было.
После ужина нас усадили подписывать кипу документов. А поскольку мы оба, как говорили в мире Андрея, те ещё социопаты, то и прочесть, что именно подписываем, не заленились.
Так что и я, и Авелина упорно изучали каждую страницу под тяжёлым взглядом Иванова. Дело затянулось настолько, что заглянул к нам в итоге даже царь.
— Нет, ну так-то вы, конечно, молодцы… — немного понаблюдав, заметил он. — Но вы же знаете, что в вашем возрасте положено бумаги, не глядя, подмахивать?
На государя я и Авелина посмотрели синхронно. И, видимо, оба с некоторым резонным недоумением. Во всяком случае, государь кашлянул в кулак и заспешил куда-то по своим делам. А напоследок сообщил:
— Если терпение лопнет и захотите что-нибудь разнести, мой кабинет для совещаний с каменной мебелью к вашим услугам!
А потом я безуспешно пытался уснуть в своих покоях, проклиная идею с пляжем. Вот кто меня просил, а? Зачем я в самый солнцепёк полез купаться? Особенно досталось плечам и верхней части спины, а именно на них я обычно сплю. И теперь я разрывался между желанием сходить к лекарю и всё-таки попытаться вздремнуть.
За пару часов мучений желание спать пропало с концами. Выбравшись из кровати, я позавидовал мирно сопящему Тёме и вышел из спальни, чтобы налить себе воды. После чего вместе со стаканом отправился на балкон, дышать свежим воздухом. А по пути ещё подумал: не добраться ли до запасов спиртного, на которые мне ещё с утра указали слуги? И не слишком ли это невежливо, дышать перегаром на своей же свадьбе?
