Первое время шли мы на удивление бодро. Мне хоть и сказали, что до лагеря Облома доберёмся только к ночи, но я в это не верил. Однако стоило покинуть земли, обжитые местными охотниками, как наша скорость и вправду заметно снизилась.
Сказочный зимний лес, заваленный снегом, был малопроходимым. И это при том, что весь отряд надел короткие лыжи. Но даже так мы проваливались в снег, поэтому шли очень медленно. А мне с Давидом приходилось ещё и Авелине помогать. У девушки-то подобного опыта вообще не имелось.
А вот у одного чёрного кота, который до этого большую часть дороги дрых на Авелине, проблем со снегом не было. Тёма шёл по снегу в тени деревьев, гордо задрамши хвост, почти не пачкая лап и поглядывая на двуногих неудачников, как…
Ну как на двуногих неудачников, видимо.
И ведь глубокий снег был не единственной проблемой. Кроме того, на пути встречались буераки, овраги и поваленные деревья, которые нам приходилось огибать. В общем, если по прямой до лагеря Облома было восемь вёрст, то на практике выходило как бы не втрое больше.
— Егор, а дальше что, ещё хуже? — спросила Авелина, поглаживая Тёму, когда все присели передохнуть, а кот сменил гнев на милость и вернулся к ней на колени.
— Дальше-то, ваше благородие… Дальше и хуже есть… И лучше, но страшнее… — с любопытством поглядывая на мою необычную зверюгу, признался проводник.
— Ты ходил на север? — прямо спросил я у него.
— Было дело, ваше благородие… В третьем и четвёртом году зимой морозы стояли, как в этот раз. А летом засуха была, — проговорил Егор, задумчиво подёргав себя за бороду. — Зверь ушёл и не вернулся. Год мы продержались, два… А на третий решили большой отряд собрать и пойти на добычу.
— Может, безопаснее было в городе закупиться? — уточнила Авелина, продолжая наглаживать кота.
— Да так бы наши и сделали, ваше благородие, так бы и сделали… Если бы мы не вернулись, — Егор грустно улыбнулся. — Мы люди небогатые, своим трудом живём. А есть ведь расходы всякие… Лекарства там, товар городской, что для гимнасиев, что для вестовой службы… А ещё же патроны и оружие. Так что денег у нас не сказать, чтоб много. Вот и тянем до последнего, перед тем как свои копейки отдать.
— И докуда дошли? — спросил я, возвращая беседу в конструктивное русло.
— Мы сначала на восток шли. До Волчьей реки добрались. Там ещё Бороур-городок стоит. А потом уже с местными шли вверх по течению Оби. В Серые земли забрались. Вот там дичи и набили по осени… — Егор помолчал. — Странные, скажу я вам, места там по пути… И чащобы страшные, куда входить боязно… И пустыри, на которые себя ступить не заставишь…
— А если не по пути, а в самих Серых землях? — спросил я.
— А там вообще жуть… — вздрогнув широкими сутулыми плечами, признался Егор. — Где-то уже зима царила. Где-то было жарко, как на юге. Семерых наш отряд там потерял. Из сорока трёх наших вернулось только тридцать шесть. И тамошний народец говорил, что, мол, повезло. Легко оплатили охоту. Но поход я на всю жизнь запомнил. Особенно, когда мы назад шли. Уже замело всё… Хорошо, когда десять вёрст за день проходили.
Во второй половине дня к нам прицепилась стая волков. Большая стая, как сказал проводник. Где-то у них здесь логово имелось. А из-за холодной зимы серые вконец оголодали.
— И даже к нашему лагерю выходят! — поведал нам Егор. — Как бы до посёлка не добрались…
Он храбрился, конечно, но видно было, что появление волков его беспокоит. А те кружили вблизи нашего отряда и выли, постепенно сжимая кольцо.
— Ищем место для обороны! — приказал Давид, когда несколько молодых самцов мелькнули между деревьев.
К счастью, Егор эти места ещё хорошо знал. Так что безошибочно вывел к замерзшему озерцу, которое пряталось в лесной чащобе. Выбравшись на лёд, наш отряд сбился в плотный строй в середине озерца и выставил стволы в сторону леса.
— Долго они могут преследовать? — поморщился Давид.
— Долго… Но, думаю, они не нападут! Волки животные осторожные, хитрые, — ответил Егор. — Человека опасаются. Если не бежать, они и отцепятся… Ладно бы один кто шёл. На такого ещё могут. А на большой отряд… Нет!
На льду озера мы простояли почти час, пока волчий вой не стал стихать в стороне, откуда мы пришли. Егор оказался прав: нападать волки не решились. Покружили рядом и ушли. А мы продолжили путь.
Хотя пару раз я слышал волчий скулёж. И именно в это время не видел рядом Тёмы. Так что, возможно, даже Егор мог ошибаться насчёт волчьих привычек и мотивов.
Когда начало темнеть, решили встать лагерем. Палатки с собой были, да и запас еды имелся на несколько дней. Мне с Авелиной ещё хорошо было: нас не нагружали поклажей, поэтому несли мы только сменные вещи. Ну и Тёму, когда он изволил уставать и решал поездить на хозяевах. А вот остальные тащили на своём горбу весь походный скарб.
— Сколько ещё до лагеря этих пришлых? — спросил Давид у Егора, пока бойцы разбивали лагерь.
— Немного осталось. Час-два идти… — ответил проводник.
— С моими разведчиками сходишь? — спросил начальник охраны. — Разведаем, что там и как.
— Схожу, отчего не сходить… — согласился мужичок.
