Ну а затем градоначальник устроил что-то вроде экскурсии. Рассказывал, где какой отдел и управление сидят, чем нужным для народа занимаются, и каких результатов достигли. Видимо, решил всё-таки повысить авторитет в глазах князя. Но мы с Дашковым ему хвастаться не мешали. Тем более, мне тоже было интересно, что здесь и как, в главном чиновничьем гнезде Ишима.
— А вот там, в конце крыла, находится отдел Кафарова Руслана Алиевича, — наконец, довёл нас Бортников до цели. — Девушка!
Девушка-дьяк, сидевшая за стойкой с телефоном и терминалом, оторвала взгляд от цветных ногтей с геометрическим орнаментом (наша работа, аж сердце радуется!).
И немедленно вскочила, вытянувшись едва ли не во фрунт. Правда, чуть не уронила при этом стул.
— Да сидите вы! — помахал на неё щуплой лапкой Бортников. — Кафаров у себя?
— Да… То есть нет! — отозвалась девушка.
— Так «да» или всё же «нет»? — добродушно спросил Дашков.
И это вызвало эффект ушата холодной воды.
И без того растерянная девчушка перевела взгляд на сиятельного князя и побелела, как снег. Ещё дважды она лишь бессильно открывала и закрывала рот, будто выброшенная на берег рыба.
И только на третий раз нашла в себе силы пискнуть:
— Отошёл, ваша светлость!
— Ну так вы не волнуйтесь, мы подождём! — улыбнулся князь. — Только ему не говорите. Мы, знаете ли, хотим вашего начальника удивить!
— Да, ваша светлость! — снова пискнула девушка.
А мы, оставив её приходить в себя, прошли дальше по коридору. Непосредственно в тот конец крыла, где находился личный кабинет Кафарова. И прямо перед нами, из прохода справа, вырулил он собственной персоной. Тот же горбоносый профиль, чёрные смоляные волосы — точь-в-точь, как на его фотографиях. С той лишь разницей, что в реальности всё это было каким-то помятым, что ли. Впрочем, как и сам Кафаров.
— А! Руслан! Тебя-то мы и искали! — Бортников сразу же вышел вперёд, ускорив шаг.
Я хотел ускориться вслед за ним, но Дашков придержал меня за плечо. И я не стал спешить.
Впрочем, это и не потребовалось. Кафаров повернул к нам усталое лицо с вымученной улыбкой… На мгновение замер, увидев наши физиономии за спиной Бортникова… Посмотрел на князя… Перевёл взгляд на меня…
И в этот момент наши глаза встретились.
Может, я слишком громко думал о том, что мечтаю сделать с уродцем. А может, он и так подозревал, что ему ждать от меня ничего хорошего не следует.
В любом случае, он замер, как статуя. А на штанах у него, между тем, виднелись мокрые пятна. И я очень надеялся, что этот гордый чинуша не обделался при виде нашей делегации.
При этом Кафаров, похоже, даже не слышал, что ему говорит Бортников. И не видел, как начальник сделал по направлению к нему ещё два шага.
Всё это время он затравленно смотрел на меня. А затем улыбка превратилась в оскал.
— Ну что же ты, Руслан? — проговорил Бортников с толикой удивления. — Поздоровайся…
— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А! — вдруг заорал Кафаров звериным, полным отчаяния голосом.
И я, не задумываясь, рефлекторно выставил все знакомые мне щиты. То же самое, не колеблясь, сделал справа от меня и сиятельный князь. Да и охранники с ратниками, судя по звукам сзади, похватались за оружие.
А бедный градоначальник и вовсе отшатнулся к стене, после чего едва слышно заскулил. Вот уж что-что, а дико орать, вращая бешеными глазами, Кафаров умел. Аж жуть брала!
Но Кафаров не напал, нет… Он побежал прочь, в сторону своего кабинета. И не переставал при этом бешено орать.
— Кафаров, стой! — рявкнул я.
Тоже, наверно, профессиональные инстинкты сработали. Доставшиеся в наследство от Андрея.
— А-ха-ха! А ты догони!!! — проорал Кафаров, исчезая за дверью в свой кабинет.
— У вас там пожарная лестница есть? — спросил я у всё ещё скулящего Бортникова.
— Н-нет… Что с ним? — пролепетал ошеломлённый мэр.
А потом из-за двери раздался звон стекла.
Мы все застыли, глядя на свет, пробившийся в щель над полом. Наступившую тишину нарушал лишь свист ветра из кабинета.
Ну и удивлённые крики людей с улицы.
Я первым взял себя в руки. И двинулся к двери, на ходу натягивая перчатки, вытащенные из кармана шубы.
Распахнув дверь, я увидел именно то, что и ожидал. Двойное окно было выбито изнутри. А если учесть, что оно было усиленным и двойным — с учётом морозов, здесь только такие и ставили –страшно представить, с какой силой его вынес не слишком-то атлетичный чиновник.
Естественно, увидеть Кафарова живым я уже не ожидал. Всё-таки его высокий кабинет был в прямом смысле высоким. Ну то есть располагался на третьем этаже. А первые два яруса в бывшем дворце когда-то были «торжественными»: залы с высоким сводом, гостиные с высокими потолками. Ну то есть внизу, если по-настоящему, было этажей пять, не меньше. С такой высоты, да с разбегу… Шансов у этого бешеного придурка не было.
— Ой, дурак! — из-за моей спины подтвердил вердикт князь, тоже заглянувший в кабинет. — А ты, Фёдор Андреевич, удивил… Быстро сообразил, что к чему!..
Я бы ответил, что это профессиональное, но решил разумно промолчать.
— Не он первый, не он последний… — взамен произнёс я, выглядывая в разбитое окно.
