На Виталия будто ушат ледяной воды опрокинули. Он не вспоминал, месяцами старался не вспоминать. Но сейчас, снова взглянув в глаза Эммы, которые опять уже были зелеными, заговорил.
…Они с мамой всегда хорошо ладили. После смерти отца были одной маленькой командой, члены которой горой стоят друг за друга и сражаются со всем миром плечом к плечу.
Все изменилось, когда появилась Карина.
К тому времени Виталий уехал из Борового – поселка под Быстрорецком, где они с матерью жили. Отучился в университете в Быстрорецке, работал, квартиру снимал, на выходные почти всегда к матери приезжал: рассказывал, как дела, какие новости. С Кариной Виталий познакомился в магазине электротоваров, закрутился быстрый, стремительный роман.
Матери Карина не понравилась. С присущей ей прямотой (между ними не было заведено притворства и вранья) сказала об этом сыну. У нее, мол, глаз наметан, педагогический стаж почти сорок лет.
– Девочка неплохая, но пустая. В браке надо искать ровню, а Карина тебе не ровня. Пирожок без начинки. Ленивая, безынициативная, стремиться ни к чему не станет: предел мечтаний – сидеть дома и не работать. Вдобавок росла в детском доме. Кто ее родители? А ведь это важно. С генетикой не поспоришь. Да и дети такие часто понятия не имеют, какой должна быть семья, они ее никогда не видели. Тебе будет сложно с нею.
Виталий разозлился.
– Что за фашистские идеи? Ровня, не ровня! Ты говоришь о ней свысока, хотя даже не знаешь Карину! Стаж у тебя! Всех под одну гребенку гребешь.
А Карина потом сказала, что мать ревнует: раньше сын ее больше всех любил, а теперь невеста появилась, все внимание ей.
Так они с матерью и поссорились. На свадьбу она, конечно, пришла, подарок подарила хороший, но все равно общались редко, только по делу. Причем мать раскаивалась в своей резкости, пыталась с сыном помириться, а он не был против, скучал по ней, но знал: Карина не одобрит, воспротивится.
Так и жили. Недалеко вроде, а как на разных континентах.
Прошел год после свадьбы. Потом еще один.
И вот однажды сын позвонил матери: мол, мы приедем, можно?
Мать обрадовалась. Напекла-наготовила. Виталий отметил, что она сдала, постарела, хотя в шестьдесят с небольшим нынче можно выглядеть куда моложе. Вспомнилось, что сердце у нее неважное, да еще и давление высокое прибавилось с возрастом.
Обнялись, мать чуть не плакала от счастья: сын приехал, простил.
День прошел отлично. Все в поселке видели: молодцы молодые, приехали, про ссору забыли, матери помогают.
Карина в огороде копошилась, Виталий калитку починил, замок заменил, еще кое-что по хозяйству сделал – полно в частном доме работы, она никогда не кончается. Здесь, говорит, надо поправить, там подкрасить, ничего, сделаем.
Мать рада-радёшенька. Извинилась перед Кариной: прости, неправа была, плохо о тебе думала, ошиблась. Спасибо, что зла не помнишь, приехала.
Чудесный был день, и следующий такой же. В воскресенье вечером, уже перед тем, как обратно в Быстрорецк ехать, Виталий сказал:
– Мам, мы подумали… У нас к тебе предложение. Надеюсь, оценишь.
Они с женой переглянулись. Карина ободряюще улыбнулась мужу.
– Мы уже три года вместе, решили, что можно и о детях подумать.
Мать улыбнулась: отличная мысль.
– А как детей растить в съемном жилье? Надоело по чужим углам мыкаться.
Мать поняла, в чем дело, и обрадовалась.
– Господи, ну конечно! Дом огромный, переезжайте и живите!
Но поняла, как выяснилось, неправильно.
– Что вы, – сморщила нос Карина, – от города на машине полчаса. Это далеко. В городе много возможностей и для детей, и для взрослых, а здесь?
– На работу и обратно каждый день туда-сюда не наездишься, – подхватил Виталий.
– И что же тогда? – спросила мать. – Как же?
Они объяснили. Выход один: продать дом. За очень большие деньги не продашь, он в поселке, за чертой города, но если подлатать, подправить…
– Вот ты зачем про починку говорил, – сообразила мать. – Я думала, обо мне беспокоишься, а ты на продажу.
– Мам, давай без этого, – поморщился он. – Отличная же идея. Карина молодец, придумала. Добавить, конечно, придется, но ничего, кредит возьмем на недостающую сумму. Купим «трешку», тебе комната, нам, плюс гостиная. Когда ребенок родится, ты с ним будешь. Ты же хотела внука? Все вместе будем жить.
– Этот дом твой отец начинал строить. А после я. Мы с тобой. Ты вырос тут, – сказала мать.
– Надо смотреть в будущее, а не оглядываться назад, – вставила Карина.
– А как же настоящее? Мое настоящее? Тут вся моя жизнь, друзья мои, соседи, ученики бывшие. А в городе что мне делать? Здесь я себе хозяйка, а там приживалкой при вас буду?
– Как что делать? За внуками присматривать! Мам, ты же педагог!
Виталий видел: разговор развивается не так, как он предполагал. Мать, хоть и размякла с годами, и соскучилась, но твердого характера не утратила, ума тоже, понимает, что ее пытаются использовать. А тут еще Карина ляпнула:
– Пожилым людям нужно не так много, как молодым. Вы уже пожили, вам и одежды не столько нужно, и места, и всего остального. Можно на старости лет о других подумать, помочь молодым. А мы…
