Перед отъездом, испросив уже проданную лодку, и сказав, что хочу смотаться в Окунево, попрощаться с теткой, отправился на заимку. Все же уезжал надолго, может быть даже и навсегда, поэтому хотелось взять себе что-нибудь на память. Да и золото, оно всегда в цене, глядишь и пристрою чуток, на пользу пойдет. Самолетом может и проще было бы куда-то улететь, но боюсь, проверили бы багаж, и плакало бы мое богачество. Одним словом, решил взять килограммов может около десяти, чтобы и унести смог, и не обнаружили, те кому не следует. А уезжать буду поездом. И скорее всего в Ташкент. Уж очень красиво расписывал дед, да и не только он этот город. Одним словом, очень захотелось там побывать, и хотя бы посмотреть. А там видно будет.
Еще перед поездкой, решил, что брать много не стоит. В принципе утащить с собою можно и тридцать и больше килограммов веса, вот только куда все это девать непонятно. Ведь не буду же я всю дорогу таскаться с чемоданами. Камера хранения на вокзале, тоже не выход из положения. Несколько раз появишься, чтобы продлить хранение, и сразу же милиция тобой заинтересуется, что это я здесь держу. Может и обойдется, если поверят, что держать негде, а может и нет. Да и потом личные вещи, вполне можно держать хоть в гостинице, хоть на съемной квартире, или в общежитии, а если держу в камере хранения — значит действительно, что-то ценное.
— А, ну-ка покажи, мил человек, что это такого ценного может быть у молодого парня? А не ограбил ли ты часом какой-то музей?
Одним словом, много брать сейчас просто некуда. С другой стороны, если действительно появится возможность куда все это, перевезти и спрятать, то и доехать сюда, не так уж и сложно. Кто запретит мне посетить родные места. Тетку, например, повидать, родню дальнюю. Короче, так и решил. По возвращении в родные пенаты, еще года два назад сшил я себе жилетку, чем-то похожую на китайский ширпотреб из будущего. Со множеством карманов, на молниях, как наружных, так и внутренних, из плотной парусины, и какое-то время ходил в ней на охоту. Уж очень удобной она оказалась для этого. А сейчас, раздумывая о том, куда сложить набранное золото, решил, что ничего лучшего не придумывается. Так оно всегда при мне, хоть и тяжеловато, а вот чемодан вполне и украсть могут.
Добавил к жилетке несколько небольших холщовых мешочков, в которых дед по старинке, хранил крупы и сахар, и отправился на заимку. Набрал я себе, в основном кольца, браслеты и цепочки, добавил ко всему этому десятка три золотых монет с профилем Николая второго, все это рассортировал по мешочкам и разложил по карманам жилетки. Вроде и брал, не так, чтобы много, но получилось ощутимо по весу, все-таки золото металл тяжелый. Не выдержав, все же положил в рюкзак винный набор, в виде серебряной фляжки и трех крохотных стаканчиков вместимостью граммов по пятьдесят не больше. Фляжка была украшена мелкими зелеными и красно-коричневыми камешками, которые образовывали стилизованную букву «А» и римскую цифру «II». Может в открытую пользоваться этим и не получится, потому что вещь явно музейная, но уж очень мне понравилась, тем более что лежала в красивой деревянной коробочке, оклеенной изнутри зеленым бархатом и выглядела, просто изумительно.
В последний момент, хотя вначале, совсем не собирался это делать, вспомнил что уже с начала девяностых годов, как раз в перестройку, отменят все валютные статьи, и доллар начнет свободное хождение по всей стране. К тому же, я прекрасно помнил, хотя и ни разу в прошлой жизни не держал в руках долларовые купюры, о том, что в отличии от советских денег долларовые банкноты действительны любого года выпуска. А здесь в тайнике долларами, фунтами и франками было забито, как минимум несколько ящиков. И я подумав об этом, решил, что семнадцать-двадцать лет, не такой уж и большой срок, и в последний момент, спрятал под прокладку жилетки четыре упаковки долларов, сотенными купюрами. В конце концов, вес у них не великий, а глядишь в девяностых, когда свои рубли обесценятся напрочь, доллары, помогут выжить. А если вдруг их обнаружат, то большой разницы нет, что золото, что доллары, итог будет одинаков.
Тайник тщательно замуровал, как только мог, добавив на крышку входа, два слоя полиэтилена, чтобы наверняка не протекло, прижал его края землицей. Уложил на место весь дерн, замел все следы и отправился обратно в поселок. Уже на следующий день, директор совхоза лично довез меня до автостанции и проследил, как я отправился в сторону Омска, похоже вздохнув с облегчением. Прибыв в город, я взяв такси, доехал до вокзала и купил себе место на верхней полке в купе, на поезд Новосибирск — Ташкент, и уже через каких-то три часа, обживался в поезде, знакомясь с попутчиками.
5
