Дракон приподнял громадную лапу и ткнул в сторону Пола изогнутым когтем. Молодой хорав словно поперхнулся и остекленело застыл. Нет, он не отключился, Георг продолжал ощущать его сознание, просто он был обездвижен, даже мысли в нем застыли, осталась только память, впитывающая в себя окружающую информацию. Неважно, как дракон это сделал, в любом случае, это было насилие. И это Проквусту тоже не понравилось. А дракон перевел взгляд на Бруно.
— Ты старший?
— Да, я представляю совет нашей планеты и полномочен…
— А координатор, почему не у тебя тогда, а?, — Дракон опять повел когтем. — Помолчи-ка и ты. — Потом он посмотрел в глаза Георгу. — Глаза у вас, хоравы, странные. — Проворчал он еле слышно. — Ну, что стоишь, давай координатор.
— Не дам!, — Вырвалось вдруг помимо воли из недр обиженной души Проквуста.
— Это почему?!, — Искренне удивился дракон.
— Потому что вы хам!
— Совершенно верно, я хам, и что это меняет?
— Многое. Мы искали Совет Цивилизаций, надеясь на взаимопонимание, уважение, помощь и мудрость. А нашли…
— Погоди-ка, дружок!, — Прервал его дракон. — А разве я вам в этом отказываю?
— Но вы ведете себя неуважительно по отношению к представителям целой цивилизации!
— А вас есть за что уважать?
— Я считаю, что, уважая других, прежде всего, уважаешь самого себя!
— Да? Никогда об этом не думал. Очень интересная мысль. Зовут то тебя как, хорав?
— У меня много имен, дракон, но они не про тебя!
— Дерзишь, пришелец! Да ты знаешь, с кем споришь?!
— Знаю! С надутым спесью хамом!
— Нет, ты ошибаешься! Смотри же!
Дракон что-то нажал на столе, и комната вдруг мгновенно преобразилась. Перед делегацией хоравов словно пелена спала, стены и потолок комнаты рванулись в разные стороны, стол вырос до размеров двухэтажного дома, а над ним поднялась гигантская туша чудовища. Его дышащая жаром пасть нависла прямо над Проквустом, а из-за спины дракона вдруг выплеснулись в разные стороны громадные перепончатые крылья. Оказывается, никакого кресла не было.
— Дерзкий хорав, не перекусить ли мне тобой?!, — Загремело у него в голове.
— Подавишься!, — Крикнул Георг на межгалактическом языке. Нет, страшно ему не было, скорее ему было не по себе, но он чувствовал внутри себя неведомую силу, вызванную беспардонным поведением дракона, и совсем не боялся его.
Дракон повел громадным когтем и Проквуст вдруг почувствовал, как поднимается вверх. Он поднялся и мягко опустился на поверхность стола. Огромные звериные глаза уставились на него почти вплотную. Но из Георга фонтаном били безрассудство и необъяснимое озорство, он яростно кричал в эти желтые зрачки, в каждом из которых мог бы утонуть:
— Что, чудовище, вырос? Молодец! Только чем больше ты становишься, тем большим хамом выглядишь!
— Хм. — Зазвучало у него в голове недоумение чудовища. — Хорав, ты смел от глупости?
— Нет, от силы!
— Ты?!, — Дракон усмехнулся и опять повел когтем в сторону Проквуста.
На того словно липкую паутину накинули. Но только на мгновение! Георг легко вспомнил огонь своего солнца, хранящегося в душе, он всколыхнул его одним только бликом и тут же обрел свободу. Но свет уже было не остановить, он все прибывал и прибывал из неведомых кладовых, Георг наливался им, переполнялся, проливал вокруг, наполнял им окружающее пространство… Дракон вдруг мигнул, потом зажмурился.
— Ух, ты! А ты не простой хорав.
В ту же секунду Георг оказался рядом со своими застывшими товарищами, а комната и сам дракон приняли прежние размеры.
— Хорошо, хорав, с тобой я буду говорить уважительно. Отдай мне, пожалуйста, координатор.
Проквуст посмотрел на дракона и вдруг понял, что совсем на него не сердится. Он протянул руку вперед и раскрыл ладонь. Белый камень вздрогнул и медленно всплыл. Он как бы дополнительно испрашивал у своего хозяина разрешения. «Лети, тебя ждут!», — сказал ему Георг, и координатор, набирая скорость, двинулся к дракону. По пути он пересек некую границу, на которой на какое-то мгновение его грани расплылись, а потом вновь стали твердыми и осязаемыми. Проквуст подумал, что, наверное, кристалл увеличил свой объем, иначе зубастый гигант просто его не заметил бы.
Дракон бережно подставил когтистую лапу под координатор, и когда тот опустился, накрыл его другой лапой. Видимо, он углубился в изучение его содержимого, потому что прикрыл свои желтые глаза морщинистыми веками, под которыми возбужденно подрагивали зрачки. Возникла пауза. Георг огляделся и, не зная чем себя занять, подошел к своим плененным чужой волей спутникам. Он опять позвал изнутри себя солнечный свет, вобрал его в ладони и плеснул им в хоравов. Ничего не произошло. Проквуст не поверил. Он толкнул Пола рукой и тот чуть не упал, но, переступив ногами, остановился.
— Это возмутительно!, — Завозмущался младший Коринни, обретя дар речи. — Разве можно так обращаться с парламентерами целой цивилизации?! Я….
Георг ему не ответил. Светлейшего Бруно он на всякий случай не толкнул, а встряхнул, придерживая руками.
