Андроид покинул салон следом за девушкой. Выпрямившись, увидел её друга. Он улыбался и явно был очень рад встретить Айрию. Она отвечала ему улыбкой, только вот ни радости, ни веселья в ней заметно не было.
Мужчина, красивый блондин с аккуратно уложенными волосами, повернулся к андроиду.
– Добро пожаловать в «Гентрикс», дорогой Аллит, – поприветствовал он. – Можете называть меня Нэйфе.
Ретт нацепил на лицо плутоватую улыбку.
– Благодарю, что согласились устроить для меня эту прогулку, Нэйфе, – проговорил он. – Я мечтаю стать генотипистом и, кроме «Гентрикса», нигде себя больше не вижу. Вы понимаете, крупнее корпорации на Экстремуме нет…
– Разумеется, многие мечтают сюда попасть, – со смехом ответил Нэйфе. – Надеюсь, что у вас получится. Собственно говоря, подобные экскурсии у нас не приняты, но дорогая Айрия попросила, и я отказать ей не смог. Пришлось убедить службу безопасности в том, что маленькое исключение из правил не повредит…
Какого же уровня должность занимает этот человек, что под ним прогнулась даже служба безопасности корпорации? Ретт покосился на Айрию. Интересные у неё друзья.
– Прошу за мной, – позвал их Нэйфе, – я не могу пустить вас в офисы, но зато мы обойдём весь производственный цех. Именно там появляются на свет наши замечательные слуги. Скажите, Аллит, у вас есть компаньон?
Через просторный стеклянно-прозрачный холл «Гентрикса» после краткого досмотра Нэйфе провёл гостей к лифту. Шагая за ним, Ретт чувствовал на себе липкие взгляды охранников. Одетые в чёрное, с глазами под непроницаемыми очками и головами, закрытыми круглыми шлемами, они стояли неподвижно по всему периметру холла, словно мрачные статуи. Наверняка в очки встроены рентгенографы.
Охранники так и не шелохнулись, значит, не распознали в Ретте андроида. Их снаряжение напомнило ему гвардейцев, которых он перебил во время бегства, очнувшись во время чистки.
Бетонно-металлический столб «Гентрикса» гигантским корнем уходил в недра Экстремума. Лифт нёс Нэйфе и гостей вниз, к производственным линиям.
Кабина наверняка уже миновала Средний Город и теперь несётся мимо ржаво-коричневых блоков зданий Нижнего. Органической жизни там не было. Не светились вывесками улицы, не ползли по проспектам огоньки общественного транспорта, а стены зданий были глухими, без окон и дверей. Нижний Город – брюхо Экстремума, в полости которого прятались важные механические органы города. А ещё фабрики, заводы и биофермы. Добраться сюда напрямую из Среднего Города было невозможно, только на лифтах через здания, принадлежавшие корпорациям.
Кабина доставила посетителей в один из производственных цехов. Ретт ожидал увидеть что-то подобное, но в гораздо меньших масштабах. Вдоль гигантского зала, залитого светло-голубым светом, тянулись белые амниотические капсулы. Эти каплевидные мешки словно были заполнены полупрозрачным дымом, сквозь который виднелись силуэты человеческих тел. Время от времени конечность клона прислонялась к мягкой стенке мешка, но тут же вновь превращалась в неясное пятно.
Ряды капсул убегали вдаль, терялись у невидимой противоположной стены. Забыв обо всём, Ретт пялился на них, разинув рот. Нэйфе наслаждался его реакцией, не понимая истинной подоплёки.
Отчего-то происходящее здесь показалось Ретту абсурдным. Он никогда не думал, что промышленность, создающая людей, вышла на такой уровень. Когда он видел клонов на улице или в том же космопорте, они никак не ассоциировались с андроидами из капсул в подвалах «Гентрикса».
Фабрика сломанных людей.
Айрия окликнула Ретта, и он с трудом заставил себя отвернуться. «Ты ведь понимаешь, что зрелище будет не из приятных?» – вспомнились её слова. Тогда андроиду было плевать. Девушка кивком указала куда-то вправо. Они с Нэйфе уже направлялись в ту сторону, и Ретт поспешил следом.
– А здесь у нас блок индивидуальной гестации, – жизнерадостно сообщил Нэйфе. – Вообще-то, флагман «Гентрикса» обычно занимается выращиванием клонов, но для некоторых наших заказчиков мы специально открыли пару индивидуальных блоков.
Ретт остановился напротив единственного амниотического мешка. Внутри медленно вращалось тело. Женщина – тонкие руки, изящные изгибы и волна длинных чёрных волос. И он когда-то плавал в такой же штуке, бессознательный и беззащитный… К животу девушки была подведена ярко-красная трубка. На самом деле – прозрачная. По ней в тело подавалась кровь.
Так вот как это смотрелось со стороны!
– А когда… – Ретт замер, подбирая нужное слово, – она родится?
– Этой осталось недели три, – ответил Нэйфе. – К сожалению, рождения мы сегодня не увидим, готовых единиц у нас пока нет.
Ретт кивнул, но Нэйфе вряд ли это видел. Женщина в капсуле выставила вперёд локоть, и андроид, протянув руку, коснулся её кончиком указательного пальца. Поверхность мешка была мягко-матовой. Ретт опустил руку и оглянулся. Он хотел задать Нэйфе вопрос, но осёкся: тот стоял, обхватив Айрию за талию, прижимая девушку к себе и что-то шепча ей на ухо. Голова девушки была опущена, локоны закрывали лицо, и андроид не видел его выражения.