Ольга вернулась обратно на кухню и выключила компьютер. Она еще долго сидела в темноте, не зажигая свет. Слез больше не было, пришло отчаяние — Ольга наконец поняла, что видимо жила все это время как то не так, раз ее муж позволяет себе такие дикие выходки. Больше всего ее пугало то, что завтра утром он проснется как ни в чем не бывало, а вот у нее в душе что-то сломалось бесповоротно. Ольга наконец поднялась на ноги и подошла к замершему окну. Сквозь толстую изморось, покрывшую стекла с наружи, яркими пятнами пробивались окна дома напротив — было только девять вечера и жизнь повсюду била ключом. «Неужели все так живут?», в первый раз усомнилась Ольга, пристально вглядываясь в чужие окна. «Нет, не верю! Есть и счастливые семьи». И Ольга поклялась себе, что ее будущая семья, обязательно будет именно такой. Счастливой!
Ирка сделала себе маску из сметаны, которую толстым слоем наложила на сморщенную грудь:
— Ми-и — лый! — на французский манер, прогундосила женщина, эротично выгибая спину-Ты не мог бы принести мне салфетки?
Олег скрепя всем сердцем, поднялся с дивана и больно ударившись ногой о крышку от «Тефалевской» сковородки, склонился над разбросанными по всей комнате пакетами:
— А где они?
Тютнева, возлежащая в облаке пены, щедро взбитой ею в ванне, визгливо рассмеялась:
— Они в желтеньком пакетике, глупышка!
У Олега заложило уши, но взяв себя в руки он спросил, по возможности спокойным голосом:
— В каком именно, дорогая? Здесь не меньше пяти, желтеньких пакетов!
Послышался звук расплескиваемой воды и абсолютно голая Ирка, в белых островках пены, покрывающих ее костлявое тело, нарисовалась в дверном проеме:
— Вот в этом, мой необузданный мустанг — Тютнева многозначительно облизнула губы.
Мыльные хлопья с чмокающим звуком падали на белоснежный, жутко дорогой ковер, и расползались в уродливые кляксы. Сметана на Иркиной груди давно застыла и почему то напомнила Олегу, засохшую сперму. Его затошнило. Олег в ужасе отшатнулся и снова ударился ногой, об злосчастную крышку от сковороды:
— Ира, я тебя умоляю! Прибери наконец свои вещи! Мы уже два дня как приехали — так больше не возможно жить! — простонал он, растирая ушибленную конечность.
— Хорошо, мой котик! — Ирка повернулась к нему спиной и медленно нагнулась к полу, словно пытаясь навести порядок в комнате сию же минуту — Ну и как? — Она явно ожидала от Олега решительных действий.
«Больная!» — догадался Олег и осторожно предложил вслух:
— Может быть ты сначала вымоешься? Вытрешься? Маску с лица снимешь?
— Только вместе с тобой — Ирка подошла к нему вплотную и забралась на колени — Пойдем в ванну?
Олег, ощущая сквозь брюки, ее мокрую, скользкую кожу, невольно вздрогнул:
— А ты одна не могла бы? Я что то неважно себя чувствую. Наверное простудился, пока мы домой добирались.
Олег сделал ударение на слове «домой», как бы давая понять, что теперь им уже торопиться некуда и они еще все успеют. К огромному его удивлению, Тютнева его намек поняла и счастливо улыбнувшись, отправилась домываться одна.
А мужчина блаженно растянулся на диване и закрыл глаза — теперь он смаковал каждую секунду, проведенную в одиночестве. «Как я раньше не понимал, какое это счастье, жить одному?», поразился Олег, тревожно прислушиваясь к звукам из ванной.
Ирка вернулась в приподнятом настроении и естественно моментально забыв про данное обещание убрать свои вещи, принялась делать педикюр, прямо на глазах у изумленного Олега.
— Я пойду в спальню — простонал он, в отчаянии закатывая глаза — Что то у меня голова раскалывается.
— Конечно, мой котик — Тютнева оторвалась от увлекательного занятия — я только подстригу ногти и приду к тебе.
— Не торопись! — в ужасе крикнул Олег — А то порежешься — опомнившись, добавил он, уже гораздо спокойнее.
Шатаясь и чувствуя приступ самой настоящей дурноты, он добрел до огромной постели и повалился навзничь. И тут же с громким воем вскочил на ноги — ему показалось, что он угодил в змеиное гнездо — что-то с ужасающим шипением поползло прямо на него. Олег в панике отпрыгнул на пол метра назад и затаил дыхание — прямо посреди нежно голубого покрывала, лежал наполовину выдавленный тюбик с какой то черной гадостью, которая тихо шипя, медленно выползала на постель.
— ИРА!!! Господи! ЧТО ЭТО?
Тютнева появилась в дверном проеме на одной ноге, вторая была согнута в колене, она только что покрыла на ней ногти ярко зеленым лаком:
— Что, мой котик?
Олег молча кивнул в сторону загадочной массы, теперь уже почти полностью вылезшей из тюбика.
— Ах это! — Ирка громко рассмеялась — Это глина. Специальная, косметическая глина для лица. Я ее сегодня утром накладывала. Ты разве не помнишь? — она удивленно приподняла тщательно выщипанные, бесформенные брови — Наверное я забыла ее убрать с постели, а ты, что, лег на тюбик?
— А закрыть его ты тоже забыла? — сатанея прохрипел Олег.
— Наверное — беззаботно отмахнулась Ирка и скрылась в дверях.
