— Мне просто не повезло, я слишком ее люблю, чтобы позволить купить не то, чего она достойна.
— У Мауры высокие стандарты, — усмехнулась Кира, наконец сообразив, с кем беседует.
— Очень, — еще более грустно вздохнул мужчина. — Вы знакомы?
— Стояла рядом, пока она с подружками обсуждала мой костюм. — Кира весело усмехнулась.
Мужчина бросил на нее понимающий взгляд и чуть пожал плечами.
— Не обращайте внимания, аристократия бывает бестактна. Для охраны очень стильно, но вы не беспокойтесь. На эти полотна никто не покусится, они не оригинальны.
Кира поперхнулась дымом.
— Этого не может быть. Арина не затеяла бы аукцион, не будучи уверенной в том, что делает.
— Сейчас смотрят в первую очередь на аукционную историю, и, если полотно из известного источника, проверяют формально, не похищено ли откуда, нет ли повреждений. Эти переходили из коллекции в коллекцию и сохранили превосходное состояние, что меня и насторожило. Поверьте специалисту: блестящая имитация, сделанная современником Ренуара. Я бы успокоился, если бы инфракрасный анализ показал следы черновиков, но нет. Кто бы ни написал эти картины, он весьма талантлив, однако это лишь копия. Мами предлагала все же выкупить их, чтобы сохранить лицо. Арина отказалась, назвала только источник полотен, чтобы избежать повторения.
Ночь сделалась темна и тиха. Любовник Мауры курил, Кира осмысливала ситуацию.
— Вы хотите сказать, что Арина знает?
— Разумеется. Она присутствовала при анализе и была очень разочарована, потом решила устроить аукцион высококлассных подделок. Я считаю это нелепым, но с красивой женщиной не спорят.
— Твою мать! — Кира вскочила на ноги. — Расслабься, баничек, ничего не случится, баничек, надень платье, баничек. Вот же… хитрая вампирская стерва!
25 ноября
Вечерний Старый город был тих. Пустели улицы возле исторического и этнографического музеев, только вывески поскрипывали под резкими порывами ветра. Нагрянувшая утром непогода разогнала немногочисленных туристов по отелям и ресторанчикам. Умыла улицы дождем и оставила опустевшими.
Кира перебирала пальцами бахрому на шарфе, быстро спускаясь по Соборной улице. С неба сыпалась мелкая морось, ступени под ногами блестели столетними камнями.
Поздняя осень радовала теплой, хоть и сырой погодой. Ровно подстриженные живые изгороди порыжели листьями. Бодрились розы, разворачивая крупные бутоны, хризантемы соперничали цветом с лиственной охрой, но дыхание приближающейся зимы чувствовалось в каждом порыве ветра. Поежившись от его навязчивой ласки, Кира сунула руки в широкие рукава стеганой куртки. Пальцы коснулись золотой цепочки, дважды обвившей запястье, как браслет. Поглаживая ее, Кира по-птичьи прислушивалась к живой тишине Старого города, привычно сравнивая с новыми районами Пловдива, где жила сама. Арина нежно любила Старый город и, несмотря на разнообразие связанных с ним воспоминаний, продолжала жить здесь, Киру же тяготила неизгладимая османская мелодия в архитектуре и памяти, и она перебралась в новый город. Вспоминая сплетни, порожденные этим переездом и долго витавшие в тесном кругу пловдивских вампиров, Кира неожиданно подумала, что они с Милой, новенькой протеже, заодно и гревшей постель Арины, действительно похожи.
Соборная улица заканчивалась небольшой площадкой между трех домов. Рядом с голой виноградной лозой, протянувшейся над козырьком одного из них, стояла невысокая темноволосая девушка, зябко кутаясь в тонкое синее пальто.
— Ты опоздала, — заявила та, увидев Киру. — Жду уже десять минут.
— И тебе привет, зануда.
— Так сложно прийти вовремя? — Собеседница не обратила внимания на шутку и здороваться не пожелала.
Кира закатила глаза и изобразила поклон, размахивая воображаемой шляпой.
— Прошу простить, госпожа Мила, за опоздание. Моя смирная лошадка потеряла подкову, пришлось искать кузнеца в ближайшем селении, а это в дне пути отсюда.
Пришла очередь Милы закатывать глаза. Ткнув Киру в плечо кулачком, она хмыкнула:
— В дне верхового пути отсюда Стара Загора. Кстати, там тоже продают неплохие домики. Можем посмотреть на неделе.
— На неделе не получится. Списки на легализацию прислали, буду ездить сверять.
— Сама? — Мила приподняла брови.
— Так надежнее.
— Ты контрол-фрик. Зачем кататься по стране, проверяя службу контроля, которая и так каждый квартал тебя в ночных кошмарах видит?
— А я в жизни гораздо милее, — улыбнулась Кира.
— Арина вечером собирается к Смиляну… глазки строить, — заметила Мила как бы между делом. — Ты не едешь?
— Посмотрим. — Кира пожала плечами.
— Поехала бы. — В тоне мелькнула просьба. — Ты же любишь сербов.
Рассматривая юное, симпатичное личико Милы, светло-серые глаза, поблескивающие настойчивостью, Кира задумалась, зачем девчонке так нужно, чтобы она поехала в Ниш. И никаких иных причин, кроме банальной ревности к возможному политическому флирту Арины со Смиляном, найти не смогла.
— Ладно.
Мила кивнула, быстро спрятав довольную улыбку.
