– Еще шесть месяцев назад должность заместителя командира группы занимал сержант Усманов. Однако, он был, внезапно заменён неким лейтенантом, – Генерал сверился с какими-то бумагами, лежавшими на столе. – Гвардии лейтенантом Бирко Олегом Константиновичем, который находился, к слову, совсем в другом ведомстве. Как вы это прокомментируете?
Капитан первого ранга Терещенко поднялся со своего место. Весь этот допрос начинал ему надоедать.
– Товарищ генерал, данная замена была произведена по инициативе майора Фёдорова и одобрена обоими ведомствами. Такие замены не редкость, и я не понимаю, что тут может заинтересовать. И также, мне хотелось бы знать, на каком основании происходит данная проверка и этот допрос? – В голосе Терещенко чувствовалась такая решимость, что и старпом счел за благо подняться с места.
Генерал несколько долгих секунд разглядывал офицеров через очки, затем скрестил пальцы рук между собой и, положив их на стол, ответил:
– Каперанг, вы забываетесь. Основания я всегда могу найти. Я пытаюсь понять, с кем приходится иметь дело.
Переборов, внезапно появившееся чувство неуверенности, в разговор вмешался Костанаев:
– Сначала отправляете группу, а только потом решаете узнать, с кем имеете дело, товарищ генерал? – В последних словах звучала ирония.
– Довольно. – Генерал поднялся с места, снял очки и облокотился обеими руками на стол. – Не лезьте не в своё дело, старпом. Не вам учить меня делать свою работу.
– Я и не собирался.
– И правильно! – Генерал был готов сорваться на крик.
Терещенко попытался разрядить обстановку:
– Товарищ генерал, мы совсем вас не знаем и не понимаем ваших целей. Может быть, если вы посветите нас в свои планы, мы бы могли каким-то образом вам помочь.
– О планах я рассказать не могу. – Генерал сразу смягчился. – Если вам будет легче, то дайте запрос в генштаб, там подтвердят мои полномочия.
– Мы вас поняли, товарищ генерал. – Отозвался Терещенко.
– И ещё. Завтра прибудут ещё несколько офицеров. Они будут моими ассистентами в некоторых вопросах. Разместите их, желательно, как можно ближе ко мне.
– Есть. – Сказал Костанаев.
– На этом всё, вы можете быть свободны.
Козырнув, офицеры покинули каюту генерала. Весь путь они молчали, погруженные в свои мысли, однако, как только они вошли в пустую кают-компанию, старпом разразился ругательствами:
– Ну и что это было?
– А я знаю? Этот генерал строит из себя министра обороны.
– Скорее чекиста. – Костанаев замолчал, пораженный внезапной мыслью.
Терещенко тоже задумался, над догадкой старпома, а затем отмахнулся:
– Да вряд ли. Нас бы предупредили.
– Какого он под Федорова рыть начал? Что ему надо? – Перевел тему старпом.
– Кто его поймёт?! – Терещенко уселся на ближайший стул и почесал затылок. – Как думаешь, он не догадается?
– Про что? А, нет, не должен. Все документы в порядке. – Старпом облокотился о переборку и задумался. В личном деле майора Фёдорова была указана лёгкая контузия, что не совсем соответствовало действительности. На самом деле врачи присвоили ему тяжелую степень. Майор Алексей Фёдоров был контужен взрывом от выстрела из гранатомёта, на одном из заданий. Тогда его на себе вынес из разрушенного здания гвардии лейтенант Бирко. Придя в себя, майор никак не мог сообразить, где он. Еще две недели он кричал по ночам от головных болей и головокружения. Майор частично утратил память о событиях последних дней. После выписки Федоров договорился со знакомым врачом, чтобы ему подделали справку, иначе офицера уволили бы на пенсию. С этим он был не согласен. Он жил этой работой, она была для майора всем, а группа разведчиков заменила семью.
Майора Алексея Федорова оставили на службе, однако для него всё изменилось. Постоянные головокружения и головные боли приходилось заглушать множеством таблеток и прочих препаратов. Также контузия сказалась на психике майора. Он стал более раздражителен и менее терпелив. Вскоре это заметили все и все как один хранили его тайну от посторонних.
– Думаю, что всё-таки стоит дать запрос в генштаб, по поводу этого генерала. Может быть хоть там прояснят обстановку. – Костанаев забарабанил пальцами по переборке.
– Я уже сделал, как только он прибыл. – Ответил Терещенко.
– И что? Что сказали?
– Они подтвердили его полномочия. – Терещенко замолчал на несколько секунд. – Больше никакой информации мне не дали.
– Проклятье. – Старпом ударил кулаком по переборке.
Еще несколько долгих минут офицеры молчали. Каждый был погружен в свои мысли, однако они не сильно отличались. Таинственный генерал становился всё большей загадкой и, как предчувствовали офицеры, не ведущей ни к чему хорошему.
– Ладно. – Капитан первого ранга Терещенко встал со стула и оправил форму. – Поднимусь на мостик. Ты распорядись там, чтобы помощников генерала разместили.
– Хорошо. – Кивнул старпом. – Сейчас займусь.
– И вот ещё что. Кто этот генерал и его помощники мы не знаем. Не спускай с них глаз. Подмечай всё, что покажется подозрительным.
– Намечается крупная заварушка? – Старпом заговорщицки подмигнул командиру.
– Похоже на то.
