Клинч проснулся от незнакомого компьютерного писка. Дернувшись в кресле пилота, он мигом пришел в себя и посмотрел на усеянную датчиками приборную панель, вспоминая, какой именно узел издает такой звук. Ничего ему в голову не пришло, и это пробудило его окончательно. Оглядевшись, он обнаружил, что Марк закрывает крышку нетбука, и тут майор понял, что именно компьютер Уотсона послужил источником писка. Продрав глаза, Клинч посмотрел в окно, за которым уже пробивался дневной свет, затем кинул взгляд на часы. Пять утра. Невероятно, ему удалось поспать часов семь, и это был лучший сон в его жизни, если учесть, что ему предшествовали двое крайне напряженных суток почти без отдыха.
Сзади раздавалась неистовая смесь храпа и мурлыканья. Повернувшись, майор увидел, что Борланд развалился на диване, полностью уйдя в царство Морфея. Рядом с ним, свернувшись клубочком, дрых серый кот. У обоих был такой безмятежный вид, что майор даже не понял, чего ему больше хочется – пнуть Борланда или тихо уйти, чтобы не мешать дремать Маркусу.
– Ты не спал? – спросил он Марка.
– Удалось немного, – ответил сталкер. – Я изучил карту аномального заслона и сделал выводы.
– Какие?
– Там действительно невозможно пролететь. Так что отмена.
Кунченко помассировал шею.
– А ну дай посмотреть, – сказал он, беря нетбук и раскрывая его. – Что открывать?
– Файл возле корзины.
Майор потыкал пальцем в сенсорную панель. Перед ним на экран вывалился длинный лист с кучей указаний и рисунков.
– Я сделал пошаговую цепочку маневров, нужных нам, чтобы пробраться через самый простой маршрут, – сказал Марк. – Все равно нашлись непроходимые участки.
– Хм… – промычал Клинч, прокручивая лист вверх. – Значит, залет на пятидесяти метрах в квадрате сорок семь, подъем… Так, так. Разворот с понижением хвоста, ха. Пикирование на девяносто градусов в течение шести секунд…
Его лицо вытягивалось все больше. Марк внимательно наблюдал за ним.
– Проход в тоннель диаметром двадцать метров, – продолжал читать Кунченко. – Контрольное висение, пока «батут» не восстановится. Петля Нестерова. Крен с левого борта на правый, градусы… Тут точно ничего не забыл?
– В смысле?
– Между шагами восемнадцать и девятнадцать нет никаких действий? Мы просто должны переместиться с этой точки в ту?
– Да.
– Ты верно подметил, – сказал Клинч, возвращая нетбук. – Это нереально.
– Ну вот и я о чем говорю. Жаль. Такой хороший был план.
– Ничего не поделаешь, – вздохнул майор, вытаскивая бутылку минералки и прикладываясь к ней.
Марк с досадой стиснул зубы.
– Если бы я мог обойти это пикирование… – процедил он.
Клинч поперхнулся и чуть не разбрызгал минералку по ламинированному лобовому стеклу.
– Стоп, – сказал он, прокашлявшись. – Так тебе что, вертикальное пикирование кажется сложным приемом?
– А не должно?
– В «камовском» вертолете последнего поколения? Да вроде нет.
Марк и Клинч смотрели друг на друга, ища подвох.
– Что, в самом деле? – спросил Марк. – Ты сможешь сделать шаг номер четыре?
Клинч снова посмотрел на экран.
– Не вижу никаких сложностей. Свободный вертикальный коридор, созданный расположением аномалий, с плавным заходом на тангаж и хорошей инерцией. Ты меня этим озадачить решил?
– Подожди. – Марк на секунду схватил себя за голову. – Но ты же согласился, что там пролететь невозможно.
– Да, только я имел в виду реальную проблему. Шаг восемнадцать.
Марк быстро прокрутил инструкцию до нужного места.
– Крен с одного борта на другой? – спросил он. – Ты шутишь? Это какой-то уникальный маневр?
– В обычных условиях – нет, – пояснил Кунченко. – А если, как у тебя указано, сделать это за полторы секунды, то дело закончится большим бадабумом.
– Но ты же постоянно так летаешь!
– Не за полторы секунды.
– Пусть за две с половиной. От этого есть большая разница?
Кунченко закрыл нетбук и поднял его, повернув задней частью вниз.
– Вот это мы, – объяснил он. – Крен на восемьдесят градусов влево. Меняем его на семьдесят градусов на правый борт. – Он быстро перевернул компьютер так, что его крышка теперь смотрела на Марка. – Ты хоть представляешь, как нас будет колбасить? На вертолет действуют противоборствующие воздушные потоки, смену реактивного момента мы так просто не перенесем.
– И что случится тогда?
– Несущие винты перехлестнутся.
Марк бессильно откинулся на спинку кресла. Клинч вернул ему нетбук.
– Все упирается в эти полторы секунды, – произнес Марк. – А что, если рискнуть?
Кунченко помотал головой с видом человека, отрицающего саму мысль о таком варианте.
– Марк, – вздохнул он. – Для тебя что, совсем ничего святого нет?
– Я что-то не так сказал?
– Да есть немного, – сухо ответил майор, – если учесть, что скоро исполняется пятнадцать лет со дня гибели генерала Воробьева, случившейся именно при исполнении этого маневра еще на «Черной акуле». С тех пор на подобные перегрузки наложены ограничения.
– Клинч…
