— Смутное тогда было время. В стране полыхали междоусобные войны, поэтому ученики были настроены друг против друга более враждебно, чем обычно. Лазарет всегда был заполнен пострадавшими. Шутки, надо сказать, в те времена были очень кровавыми. Учителя не справлялись и не могли уследить за всем, они срывались на учениках, отчего атмосфера в Хогвартсе была напряжена до предела, — впервые за многие годы студенты слушали профессора Бинса с таким интересом. — Тогда четверо самых активных учеников, которым было больно смотреть, как школа превращается во второе поле битвы, предложили директору свою помощь. Они организовали студенческий совет, который решал все вопросы, связанные с личными проблемами учеников. От каждого факультета было выбрано два ученика, которые были членами этого совета. Постепенно они смогли организовать жизнь студентов и склоки прекратились. Несмотря на то, что за стенами школы все еще царила вражда, жизнь в Хогвартсе постепенно стала очень интересной и даже веселой.
— А когда наступили мирные времена, эта организация почему-то была устранена, — закончил повествование Гарри. — Это традиция нашей школы, и я предлагаю ее восстановить. В те времена Совет очень помогал преподавателям, которые и так были нагружены сверх меры — они организовывали патрули, назначали наказания и следили за их выполнением, — в общем, делали много полезных вещей. Что скажете, директор?
Альбус молчал. Такие решения не должны были приниматься спонтанно, но ученики и учителя выжидающе смотрели на него.
— И вы предлагаете руководить этим советом?
— Нет. Все восемь участников будут обладать одинаковой властью, а решения будут приниматься голосованием.
— А если же мнения совета разделятся поровну?
— Тогда решение приниматься будет вместе с педагогическим коллективом. Однако, директор власти иметь не будет, так как опять будет проводиться голосование.
— Если и тогда голосов будет поровну?
— Решение принимать будет попечительский совет.
— Вижу, вы все продумали, мистер Поттер?
— Да. Вот примерный список обязанностей и прав Совета.
— Вы желаете состоять в нем?
— От моего желания тут ничего не будет зависеть — среди каждого факультета будет проведено закрытое голосование. По его результатам и буду выбраны представители. Хотя, конечно, я не отказался бы стать одним из членов Совета.
Дамблдор задумчиво кивнул, изучая Поттера взглядом. Неужели он ошибся? Неужели мальчик действительно просто хотел добра ученикам этой школы, но выбрал не тот метод? Ему надо было все хорошенько обдумать, но идея Совета была привлекательна. Альбус и сам уже заметил, что преподаватели не справляются с нагрузками. Помощь бы не помешала, да и еще одна ветвь власти уменьшала возможность того, что он ненароком начнет злоупотреблять своей позицией директора.
— Прекрасно. Значит, Совет Восьми начнет свою работу на следующей неделе, а на этой пройдут выборы представителей факультета.
Гарри довольно кивнул и, не говоря больше ни слова, отправился к своему месту, где его ожидала Гермиона. Свиток пергамента, в котором он написал основные моменты работы совета, Поттер предусмотрительно оставил на столе перед директором.
Зал взорвался аплодисментами. Было не понятно, хлопают ли они маленькой победе Золотого Мальчика или же решению Дамблдора. Прежде чем сесть, Гарри поймал взгляд серых глаз и улыбнулся Малфою. Затем повернулся к Гермионе, у которой был вид, словно она сейчас его начнет пытать, если сам Поттер не решит объяснить, как додумался до такого. Юноша счастливо улыбнулся — он вернулся домой.
«Он не сожалеет. Он помнит».
В груди медленно растекалось тепло. Если бы Малфой не умел прекрасно справляться с эмоциями, то точно бы расплылся в счастливой и довольной улыбке. Все эти две недели юноша мучился сомнениями — не приснилось ли ему та ночная встреча? Что думает по этому поводу сам Поттер? Вспоминает ли вообще тот эпизод? Может, он считает те секунды слабости позорной ошибкой, и теперь будет избегать Драко? Эти терзания и метания не давали блондину покоя по вечерам — днем он загружал себя настолько, чтобы лишние мысли не лезли в голову. Он со страхом ожидал дня, когда Гарри будет освобожден. Оказалось, зря. Все-таки Поттер умел удивлять.
— Вы только посмотрите на этого красавчика, словно с курорта вернулся, а не наказание отбывал, — весело пропела Панси, когда переполох улегся, и ученики приступили непосредственно к завтраку. Малфой мысленно застонал — его друзья принялись за любимое дело — насмехаться над ним. Вернее, над его отношениями с Поттером.
— Да еще и ужасно доброжелателен стал, вы не находите? — Блейз весело сощурился, поглядывая на своего друга. Тот предпочел опустить голову и сделать вид, что увлечен поеданием завтрака. Гойл с Креббом согласно что-то промычали.
— Даже подозрительно как-то. С чем бы это Поттер тааак улыбался? — Панси, естественно, тоже заметила этот знак внимания со стороны гриффиндорца.
