Выходные подкрались незаметно и обрадовали учеников солнечной погодой. Пусть уже было холодно, но солнце все еще дарило свое тепло. В замке остались лишь ученики, которым было запрещено покидать замок, все остальные, даже учителя, поспешили сразу после завтрака выйти на улицу, чтобы насладиться погожим деньком. Гарри, Гермиона, Джинни, Дин, Симус и Невилл вместе отправились в Хогсмид. Поттер, который две недели безвылазно просидел в запертом помещении, сейчас больше всего напоминал радостного щенка: вместо того, чтобы спокойно идти, он вертелся вокруг друзей, шутил, то и дело останавливался, чтобы полюбоваться какой-нибудь живностью или поздним цветком. Остальные лишь весело посмеивались над такой гиперактивностью, обсуждая приближающийся матч между Рейвенкло и Хаффлпафом. Гарри с удивлением понял, что квиддич его уже мало интересует, хотя на метле бы он с радостью покатался.
После того, как ребята посетили «Сладкое королевство» и «Зонко», они разбрелись кто куда, договорившись встретиться ближе к вечеру в «Трех метлах». Сначала Гарри гулял вместе с Гермионой, они обсуждали поиски упоминаний о заинтересовавшем их ритуале и просто болтали на обыденные темы, затем девушка вспомнила, что обещала Джинни вместе пройтись по магазинам и убежала. Поттера такой расклад более чем устраивал — ему еще надо было подыскать подарок для подруги, у которой скоро был День Рождения [1]. Немного подумав, юноша решил зайти в книжный магазин, хотя и не думал, что книга — это слишком уж удачный подарок. Ведь он в течение всех этих лет дарил Гермионе именно книги.
Немного побродив между полками, Гарри пришел к выводу, что здесь он точно не найдет ничего, способного обрадовать девушку. «Может, подарить ей какое-нибудь украшение?». Купив музыкальную открытку с каким-то сказочным пейзажем, Поттер направился к магазину сувениров. Однако, сегодня ему не суждено было быстро добраться до него: из-за того, что юноша слишком спешил, он не вписался в поворот и столкнулся с кем-то. Услышав ругательства в свой адрес, гриффиндорец весело усмехнулся — этого голос он узнал бы и из сотни.
— Малфой, хорош ругаться. Лучше бы по сторонам смотрел, а не задирал свой нос слишком высоко — глядишь, и избежал бы столкновения, — Гарри поднялся с земли, отряхнулся и предложил слизеринцу руку помощи. Тот, только услышав его голос, сразу замер, но заметно расслабился, уловив шутливые интонации. Не задумываясь, Драко принял руку, поднимаясь.
— Кто бы говорил. Если бы ты не несся куда-то так, словно на поезд опаздываешь, то не врезался бы в меня, — истинно малфоевская ухмылка появилась на его губах. Поттер не удержался, усмехнувшись в ответ. Драко с преувеличенной внимательностью осмотрел собеседника. — Что-то не похож ты на печального узника, Поттер. Опять Золотому Мальчику все с рук спустили?
— Я просто хорошо маскируюсь, Малфой, — странно, но сейчас Гарри получал от этой пикировки истинное удовольствие. Как и его соперник.
— Ой ли?
— Может, я в заточении страдал, — а веселая улыбка не желает исчезать.
— И от чего же? От переедания? — Драко тоже даже не думает скрывать того, что ему вся эта шутливая перепалка нравится. Поттер же весело усмехается, а зеленые глаза лукаво щурятся. Как обычно, гриффиндорец сначала говорит и делает, а потом уже думает.
— А может, я ужасно скучал, м, Драаако? — Гарри делает шаг вперед и практически шепчет эти слова на ухо блондину. Тот же судорожно выдыхает и резко отступает назад, с ужасом чувствуя, как щеки заливает предательский румянец. Такой выходки он от скромного гриффиндорца не ожидал, пусть тот значительно изменился, но привыкнуть к тому, что теперь Поттер может сам заставить кого угодно покраснеть, очень сложно. Вот и сейчас этот несносный выскочка тихо, но заливисто смеется, наблюдая за его реакцией. Драко недовольно хмурится, поджимая губы, пытаясь разобраться — издеваются над ним или просто подшучивают.
Естественно, Гарри сразу замечает перемену в эмоциональном фоне собеседника и перестает смеяться, хотя в глазах все еще скачут смешинки.
— Впрочем, в том, что я сказал, есть доля правды.
Малфой уже успевает немного прийти в себя и даже умудряется вопросительно выгнуть бровь.
— Мне все не давала покоя мысль о том, что наш дружелюбный разговор по душам может оказаться сном, — Поттер вновь улыбается, а Драко насмешливо фыркает.
— Что я слышу? Неужели Золотой Мальчик мечтает о своем школьном недруге во снах? — как бы не научился Гарри владеть собой, но после слов Малфоя он понимает, как двусмысленно звучат их фразы, и тутже краснеет, а Драко победно улыбается. Он отмщен. Поттер пару секунд раздумывает над тем, чтобы обидеться, но потом лишь усмехается.
— Неужели после того, как мы помогли друг другу, ты еще считаешь нас недругами?
— Ну, не друзьями же считать, — две одинаковые усмешки.
— Но и не недругами.
— И кто же мы друг другу тогда?
Гарри не выдерживает и вновь весело смеется.
— Что? — Драко недовольно хмурится.
