- Как будто ты перед боем не нервничаешь, - с сарказмом произнес Ходер. – Не расстраивай меня и не говори, что ты бесчувственное животное. Все мы порой готовы в штаны наложить со страха, когда понимаем, какая серьезная битва предстоит. Если бы он не хотел драться, то не выкладывался бы так на тренировках. Ты же каждый день за ним из окна наблюдал, неужели…
- Он просто хочет, чтобы его воспринимали всерьёз и заметили, - огрызнулся альфа.
- Кто заметил. Мы или ты?
- Какое это имеет отношение к делу? – зло поинтересовался Орланд, чувствуя себя загнанным в угол. В отличие от Ходера, который с каждой минутой становился все спокойнее, альфа чувствовал, что его злость только увеличивалась.
- Абсолютно прямое, Орланд. Ты не видишь очевидных вещей, Роган – тоже, и это довольно печально. Я знаю, какого быть в твоей шкуре, поэтому…
- При всем моем уважении, Магистр, - холодно начал Орланд. Он говорил четко и вкрадчиво, выговаривая каждое слово, чтобы раз и навсегда достучаться до самоуверенного и надменного Ходера. Он не понимал, почему слова альфы так ранили его, но хотелось непременно доказать его неправоту. – Вы не знаете, какого это быть в моей шкуре и слава Богам, что не знаете, потому что вы никогда не почувствуете всю мою степень отвращения к себе, не познаете, что такое абсолютное отчаянье. Вам никогда не приходилось чувствовать вину за то, что из-за вас человека истязали на протяжении почти десяти лет, а потом, когда вы встретились вновь, вы его даже не узнали. А он узнал, но молчал, думая, что вы давно плюнули на него и оставили одного. Роган насильно связан со мной, у него нет права выбора, и все это из-за меня. Единственное, чего я хочу, так это чтобы он, наконец, вырвался из этой трясины и мог спокойно дышать и жить без страха. Да пусть он даже возненавидит меня за это, но я не отступлюсь от своего решения!
С этими словами Орланд замер и чувствуя, как накопленная злость начала медленно рассасываться, получив себе выход наружу. Все это время Ходер смотрел на него с неприкрытой грустью, а когда альфа закончил, Магистр тяжело вздохнул и встал на ноги. На всякий случай Орланд отстранился, не понимая намерения мужчины, но Ходер просто прошел мимо него и направился в сторону выхода. За несколько шагов до выхода он остановился и тяжело вздохнул.
- Знаешь, Орланд, я все же скажу тебе кое-что, - сказал он, повернувшись. – Мой муж тоже находится в крепости и сегодня по твоей вине он чуть не пострадал. Ты говоришь, что мне не понять ваших взаимообязательств и прочего, что я не знаю, какого быть в твоей шкуре, и отчасти ты прав. Разные причины привели нас к одному решению – защитить любой ценой, уберечь, пускай и насильно, не осознавая, что этим мы делаем лишь больнее. Мой муж каждый день выходит на стену и может умереть в любой момент от колдовства врага или же из-за собственной магии, которая высасывает из него силы. А еще я знаю, что единственное место, где он может расслабиться - это мои объятия. Ему не нужны мои поучения, мое ворчание или недовольство, ему нужна моя поддержка и чувство, что он мне нужен. Он защищает меня так же, как и я его и, к сожалению или к счастью, с этим ничего нельзя поделать. Можешь упиваться сколько хочешь, но Рогану ты этим не поможешь. Подумай об этом хоть немного.
С этими словами Магистр покинул комнату, аккуратно прикрыв за собой дверь, а Орланд стоял, не в силах побороть свое замешательство.
***
- Джен, дай мне том Бестиария Хокенса, - властно потребовал Арнен, вытянув руку в воздух.
Альфа послушно кивнул и направился в сторону стеллажа с научными трактатами, где на третьей полке стояла книга в красном переплете. За те дни, что Арнен провел в своей лаборатории, Джен успел выучить каждый предмет, каждую склянку с реактивами и, соответственно, знал все книги, которые имелись в библиотеке менора. Последние дни он только и делал, что каменной статуей стоял в дальней стороне лаборатории, периодически «оживая» и подавая Магистру те или иные предметы. К счастью, колдун не спешил использовать его магические способности, чему Джен был несказанно рад. За последние дни, что он провел рядом с альфой, у него было достаточно времени, чтобы понаблюдать за ним и заметить некоторые вещи. Например, Арнен вечно мерз и кутался во всевозможные плащи и пледы, пил много согревающих сборов, но это никак ему не помогало. Еще Джен постоянно готовил ему бодрящие зелья, без которых Арнен как-то проспал сутки и проснулся совершенно не отдохнувшим. Кашель, бледные черты лица, трясущиеся руки – каждая эта мелочь придавала Джену сил и дарила надежду на то, что колдун такими темпами скоро сдохнет сам.
