Да, Роган не был его грехом. Грехом Орланда были бессилие и неумение защитить тех, кто был ему дорог. Ни омегу, ни Джена, ни Дэнара. Он не смог помочь никому из них, хоть и обладал достаточной силой для этого. У него просто не получалось вовремя приходить на помощь. В отличие от него Роган всегда был готов рваться в бой и жертвовать собой, лишь бы спасти друзей.
«В конечном итоге ты такой, как и другие: озлобленный, с закостенелым сердцем».
Да, так оно и было. Даже вернув свои воспоминания, Орланд оставался уставшим, безэмоциональным и неловким человеком. Он не умел и не желал прощать тех, кто причинил ему боль, не обращал внимания на мир, который бурлил и проносился мимо, не особо стремился к общению с боевыми товарищами. Просто не хотел. Он чувствовал себя слишком уставшим для этого.
«Почему только я переживаю из-за этого обещания… ты даже не сожалеешь».
Вот тут Роган был не прав. Орланд очень переживал, переживал до такой степени, что не мог найти себе места. Если бы не он, войны, смерти папы, безумия отца с братом, рабства Рогана – всего бы этого не было. Что бы не говорил Ходер, ему не было дано понять его чувства, а уж тем более говорить о любви.
Орланд тяжело вздохнул и посмотрел на точеную фигуру Рогана. Нет, между ними не было любви. Любовь в понимании альфы была чем-то далеким, слишком чистым и прекрасным для него, поэтому он даже никогда не задумывался о ней. Если бы эта была любовь, ему бы безумно хотелось обнять Рогана, хотелось быть рядом с ним, не отпускать далеко… он даже не заметил, как его рука коснулась холодного стекла в том месте, где стоял Роган и внимательно наблюдал за чужим спаррингом. Такой хрупкий, нежный, как можно было сделать его воином? Наверное, если бы он любил, он бы точно стоял сейчас рядом с ним, легко и непринужденно осуждая тактику воинов, сцепившихся в учебном бою. После тренировки они бы вернулись в свои комнаты, заварили побольше вкусного чая, чтобы отогреться после морозной улицы. Орланду не нужно было бы никуда переезжать, и он бы смог продолжать чувствовать и наслаждаться эмоциями Рогана, которые словно пушистое одеяло обволакивали его сознание и успокаивали. Слушал, как мило сопит омега по ночам, редко вздыхая во сне и что-то тихо бормоча под нос. Переживал вместе с ним неудачи и радовался победам. Мог просто расслабиться и отдохнуть душой…
Орланд вздрогну и замер.
Какое-то время он продолжал смотреть на Рогана, пытаясь все осознать. Боги, как же много времени ему понадобилось, чтобы осознать такую простую вещь… Прервал его мысли Ходер, который зашел в кабинет и позвал его по имени. Орланд тут же одернул руку и посмотрел на альфу, который выглядел недовольным и встревоженным.
- У нас тут проблемка возникла, - вздохнул Ходер. – Пришло письмо от колдунов. Они хотят, чтобы мы выдали вас двоих, иначе они разнесут наш форт на куски.
***
Рыжий кот игрался с клубком, лениво катая его по полу пушистой лапкой. Он не был заинтересован в игре, просто толкал его из стороны в сторону, наблюдая за ним безразличным взглядом зеленых ярких глаз. Туда-сюда, туда-сюда… умиротворяющее зрелище, сопровождаемое фырчанием кота и редким мяуканьем. Хотелось лечь рядом с ним и погрузить пальцы в его мягкий рыжий мех, погладить пузико, почесать за ушком… внезапно кот прижал к голове ушки и тихо зашипел, не спуская глаз с клубка. Было в его поведении что-то странное и пугающее, потому что клубок просто стоял на месте и не двигался, но кот продолжал буравить его взглядом, словно ждал, что что-то должно было произойти. Что-то нехорошее, тревожное… Почувствовался неприятный запах паленой шерсти, и в следующий момент клубок загорелся. Кот громко мяукнул, отскакивая в сторону, но пламя быстро перекинулось на пол, начало расползаться по стенам. Кот бежал, бежал все быстрее, но острые языки пламени догоняли его, с каждой секундой угрожая подпалить рыжую шерсть. Давай же, беги быстрее! Беги! Не останавливайся…
Иначе пламя настигнет тебя.
- Нет! – вскрикнул Кальн и проснулся.
Омега резко открыл глаза и уставился в темноту комнаты. Его трясло, а руки судорожно сжимали шерстяное одеяло, словно кошмар не желал его отпускать, неприятным воспоминанием оседая в сознании. Казалось, что он кожей чувствовал опаляющие языки пламени, которые в тишине ночи пробирались все ближе к нему, угрожая навредить ему и его еще не родившемуся ребенку. Было страшно, безумно страшно. Омега начал глубоко дышать, желая успокоить взбудораженное сердце, но испуг не хотел так просто проходить. Он даже вздрогнул, когда Дэнар беспокойно зашевелился за его спиной и положил свою горячую ладонь на его талию.
- Что случилось? – сонно поинтересовался альфа, аккуратно притягивая Кальна поближе.
- Ничего, - мягко отозвался омега, накрывая руку Дэнара своей. – Просто неприятный сон приснился, вот и все. Спи дальше, у тебя завтра утренняя тренировка с десятым отрядом.
