- Интересно как? - Фыркнул Кальн. – Если учесть, что через месяц мы уже уедем из Шварцблюма, а все то время, что мы проведем здесь, то ни разу не сможем покинуть стены замка. К тому же, я уверен, что это не более, чем глупая сказка. Цветы в снегу не растут.
- Ну, легенды на пустом месте никогда не складываются, - пожал плечами воин. - Я бы на твоем месте не был бы столь категоричен. Кстати, не только у этой степи, но и у замка очень интересная история. Хочешь, расскажу?
- Ну, давай, - кивнул лучник. Он еще раз кинул взгляд на повозку и убедился, что около нее нет никаких подозрительных движений. – Там тоже замешан рыжий омега?
- К сожалению, эта история не такая радужная, как легенда, - осторожно протянул альфа и продолжил: - Очень давно один влиятельный и богатый граф захотел построить дом прямо посреди степи. Разумеется, жрецы храма Раккоя были против такого богохульства, ведь Шварцблюм считается священным местом, и здесь даже на лошади разрешено ездить не везде, а тут речь шла о строительстве целого замка. Это, только представь, целые толпы рабочих, табуны лошадей, мусор, шум. Но звонкие монеты склонили властей на сторону графа, а не жрецов.
- Так, погоди, – перебил Кальн, – а как же поселок? Тоже Шварцблюм который?
- Говорят, поселение здесь было еще до того, как степь стала священной. Тем более, поселок стоит на самом краю и никому особо не мешает. А здесь речь шла о строительстве в самом центре Жемчужины Империи. Сначала граф проложил дорогу из камня вдали от поселка, и, кстати, по ней мы сейчас и поедем. Затем началось и само строительство. Строил он с размахом, планировалось, что это будет огромный замок, не уступающий по величию Императорскому дворцу. Но, говорят, боги прокляли графа за тщеславие, и в результате чего тот лишился рассудка и не смог продолжить строительство, но на деле он просто разорился, и государство конфисковало все его имущество. На нервной почве граф тронулся рассудком, и поговаривают, что в том самом замке накануне приезда властей он убил всю свою семью. Детей и мужа он замуровал в одной из строящихся стен, но это лишь слухи, ведь тела так и не нашли. В общем, его арестовали, а строительство прекратилось, а народ со скуки начал выдумывать всякие небылицы про недостроенный замок, одиноко стоящий в степи. Когда мы были детьми, считалось честью переночевать там в полнолуние, но никто до конца ночи не выдерживал.
- А ты? – с улыбкой спросил омега, который до этого внимательно слушал Дэнара.
- А я так и не дошел, - с досадой ответил воин, вызвав смешок у Кальна. - Я все собирался туда сходить, когда стану повыше и постарше, но мне и семи не было, когда замок начали достраивать.
- Очень милое местечко, – подытожил Кальн. – Альянс, как всегда, очень щедр.
- Это место расположено далеко от людей и хорошо охраняется, - заметил Дэнар, скосив глаза в сторону лучника. – К тому же, там высокие крепкие осадные стены, которые никому не позволят забраться внутрь.
- Да, и выбраться оттуда, - мрачно подметил омега. Несмотря на то, что на душе ему стало спокойнее, перспектива быть запертым в замке с кровожадным авари его все еще пугала и нервировала, только теперь он знал, что Дэнар будет рядом с ним, и ему не придется прятать глаза и избегать альфу. За этими мыслями Кальн не заметил, как лес закончился. - Раккой меня сохрани! Это что, уже Шварцблюм?
Могучие деревья остались за спиной, а впереди была бескрайняя степь, укрытая тонким снежным покрывалом. Когда Кальн в первый раз увидел степь, она также была засыпана снегом. Правда, это был не Шварцблюм, а практически вытоптанная людьми и лошадьми степь близ Ордона. Залитая кровью бескрайняя голая степь… Омега, привыкший к серому кольцу гор, окружавшему его с самого рождения, всегда чувствовал себя в подобных местах очень неуютно и незащищено. Каждый раз, когда его взгляд не натыкался на голые пики, в душе поселялось чувство неправильности происходящего, но оно вскоре прошло - появились другие заботы. И вот теперь, через пять долгих лет войн и битв, когда у Кальна появилась возможность просто полюбоваться степью, он понял, что открытый простор больше его не беспокоил, как раньше, а наоборот - завораживал. Шварцблюму не было дела до людской войны, и благословленная Раккоем степь неторопливо проживала свою жизнь. Перед ним простиралась просто степь. Степь, которая не была залита кровью или усеяна трупами, которая не была выжжена местами дотла. И кругом была лишь нетронутая природа. Кальн внимательно вглядывался в землю, но черных цветов так и не увидел. Лишь пару засохших тюльпанов, что остались с лета. Копыта лошадей стучали по брусчатой извилистой дорожке, что вела к замку сумасшедшего графа.
- Вот и зима началась. Так рано в этом году, – прервал мысли лучника голос Дэнара.
- Опять не закончим войну до начала холодов, – равнодушно ответил Кальн, стряхивая снег с гривы лошади. Услышав его слова, Дэнар невольно усмехнулся.
