Дорога проходила без приключений. Через пару часов после начала пути, омега перебрался в телегу, в надежде немного вздремнуть, но в голову лезли совсем непрошеные мысли. Эйрик все пять лет войны провел на Севере, а потому приказ отца отправить его подальше от линии фронта разозлил омегу. Если уж альфа не хвалил его за достижения, то уже мог бы просто позволять ему делать то, что Эйрик умел лучше всего – воевать. Но он не смел противиться приказу старшего по званию, а потому ему ничего не оставалось, как запрыгнуть в телегу и унестись на встречу новому заданию. Ехали они чуть более суток, останавливаясь лишь раз перед Теневым лесом. Все бы ничего, но за несколько километров до самой крепости повозка вздрогнула и, сильно накренившись, встала. Эйрик не сразу понял, что произошло, поэтому он поспешил открыть дверцу и выглянуть наружу, где его глаза наткнулись на не очень довольное лицо альфы из сопровождения.
- Что-то случилось? - спокойно поинтересовался омега.
- У нас колесо лопнуло, Мастер, - виновата развел руки в сторону воин. – Придется остановиться и подождать, пока мы что-нибудь не придумаем.
Тяжело вздохнув, Эйрик взглядом обвел степь и замер. Снег. Кругом лежал нетронутый пушистый белый снег, который искрился на солнце и слепил привыкшие к полутьме глаза омеги. В отличие от Северных земель, где Ледяные горы были видны из любой точки, здесь снег уходил далеко-далеко во все стороны, и создавалось впечатление, что перед ними был не заснеженный центр Империи, а ее Южные земли. Воздух тут был очень легким, отчего хотелось дышать полной грудью и наслаждаться каждым вздохом. Видимо, не зря Шварцблюм считался священным местом, который хранил каждого, кто ступал на его земли с добрыми помыслами. Посмотрев в сторону крепости, которая хорошо просматривалась вдали, омега поспешил покинуть телегу, захватив с собой свой меховой плащ.
- Пойдем пешком, – бросил он своим сопровождающим. – Со мной пойдут двое, а остальные останутся разбираться с колесом.
Выбрав нескольких сопровождающих и взобравшись на подведенную ему лошадь, омега повернулся и направился в строну Шварцблюма. На мгновенье ему показалось, что сломанное колесо было даром богов, потому что теперь он мог размять кости и насладиться красотой заснеженной земли, вид которой помогал собраться с мыслями. А ведь отец даже не удосужился объяснить ему, что Эйрика, собственно, ждало на месте, сказав лишь, что местные Мастера введут его в курс дела на месте. Это настораживало омегу, но он не смел противиться воле родителя, хотя внутренне его обуревало негодование. Если уж его и отозвали с поста пограничной линии обороны, то могли бы хотя бы удосужиться ввести его в курс дела. Мысль о том, что отец не до конца доверял сыну вызвала лишь горечь, но омега отмел ее, предпочитая сконцентрироваться на более важных вещах, нежели на обиде. К тому же, Эйрик верил, что отец не по прихоти отправил его в самое сердце Империи, а потому тайна, которая ждала его в лагере у Шварцблюма, манила юношу и заставляла идти вперед.
В какой-то момент все мысли покинули голову омеги, заставив его удивленно посмотреть вниз. Прямо перед ним пробил снег крупный черный бутон, а совсем недалеко от него, раскрылся другой. Омега с интересом посмотрел вперед и понял, что там их ждало целое поле чудо цветов. Эйрик помнил, что его папа ему что-то рассказывал об этих замечательных цветах, но парень уже давно позабыл родительские сказки и никак не мог вспомнить эту историю.
- Мастер Эйрик, - начал один из сопровождающих, поравнявшись с омегой. – Не зря мы пешком пошли. Это к большой удаче, найти Черные цветы Шварцблюма!
- К большой удачи, говоришь, - задумчиво произнес омега, глядя на бутоны.
- 36 -
Роган открыл глаза и осмотрелся. Мастер Орланд все еще спал.
Несмотря на разрешение выбрать себе любую комнату в крепости, авари предпочитал проводить больше времени со своим менором. Не то, чтобы он хотел так яро прислуживать Мастеру Орланду. Просто ему самому было легче, когда его привычный уклад и поведение ни менялись, а потому авари проводил ночь в комнате менора, уютно устроившись на кресле перед камином. Шел десятый день их пребывания в Шварцблюме, и Роган начал привыкать к мерному и однообразному течению времени. Дни в крепости мало отличались друг от друга, а потому авари успел изучить расписания каждого жильца. Ему даже не нужно было пройтись по жилому этажу, чтобы знать, что все альфы все еще спали, а омегу вновь мучила бессонница, поэтому он наверняка изучает бумаги и неторопливо делает записи. Роган встал на ноги и бесшумно прошел через всю комнату, кидая мимолетный взгляд на безмятежное лицо своего менора. Пока замок спал, а горизонт за окном еще даже не начал окрашиваться розоватой дымкой, авари умылся и привел себя в порядок перед большим зеркалом в соседней комнате, ловко укладывая непослушные волнистые волосы в аккуратный пучок. Сразу после этого он вернулся в комнату и стал ждать пробуждения менора.
