Когда горизонт окрасился в багровые тона, дыхание альфы ускорилось, и уже через несколько минут он открыл глаза и сонно уставился в потолок. Роган уже знал, что не стоило лезть к менору сразу после пробуждения, потому что тому требовалось довольно много времени, чтобы прийти в себя. Обычно он лежал несколько минут, погрузившись в свои мысли, а затем решительно откидывал одеяло и садился на кровати. Теперь можно было подойти и пожелать ему доброе утро и сообщить о состоянии текущих дел. Как обычно, Мастер просто кивал, а потом шел умываться холодной водой, чтобы прогнать остатки сна. Вначале менор явно не знал, как вести себя в присутствие авари, а потом просто махнул рукой на все и перестал обращать на Рогана много внимания. Несколько минут на одевание, и теперь они направлялись в сторону большой столовой, куда по утрам потихоньку сползались все жители крепости. Обычно они собирались одновременно, но иногда, когда маг всю ночь занимался исследованиями, приходил намного позже остальных и завтракал в одиночестве. По утрам он всегда был хмурым и озлобленным на весь мир, поэтому остальные не особо отвлекали мага от его утреннего чая. Что касается Мастера Дэнара и Мастера Кальна, то они приходили практически одновременно, потому что лучник каждое утро будил альфу и звал его завтракать.
Когда компания собиралась за столом, гомункулы-прислужники приносили им еду и удалялись вглубь замка, где они целыми днями следили за порядком и чистотой. Все садились за один из столов в просторной столовой и начинали в молчании поглощать завтрак. Роган же садился за другой стол и тоже уходил в свои мысли, искренне наслаждаясь каждым приемом пищи. За эти десять дней его тело смогло полностью отправиться от быстрой регенерации и теперь даже немного набрало в весе, что не могло не радовать его. К тому же еда в замке была действительно вкусной. Она помогала прогнать утреннюю хмурость и уже через минут пять зал заполнили голоса и звонкие смешки переговаривающихся людей. Они шутили, обсуждали текущие дела и спорили, много спорили, но еще никогда не доходило до серьезных ссор. Роган не знал почему, но ему нравилось слушать их дружеские перепалки, а в особенности ему нравилось звучание голоса своего менора. Вот и сейчас, когда Мастер Орланд рассказывал историю, авари невольно прислушался.
- … я даже опомниться не успел, как он просто взял со стола чашку с жабой и обиженно сказал, что у меня нет чувства юмора.
- Да, Корнуций всегда был довольно… кхм… интересной личностью, - еле сдерживая смех, произнес лучник. – Думаю, тебе было весело жить с ним.
- Еще бы, что не день, то очередное безумие. А что они с Кальдом творили, когда проводили совместные опыты, словами не передать, - махнул рукой менор и отпил большой глоток чая. – Вроде бы взрослые люди, каждому под два века.
- А как по мне, это очень здорово всегда оставаться молодым душой, - пожал плечами маг, держа в руке сдобную булочку щедро смазанную вареньем.
- Так-то оно так, только меня не особо радовало, когда они с гиканьем гоняли по всему дому куски ошалевшей магии, - с грустью ответил Орланд. – Особенно, когда осколок залетал ко мне в комнату. Тут уже сложно было понять, что страшнее: бесконтрольный кусок неизученной магией или два старика, пытающиеся ее поймать.
- Я так и представляю себе эту картину, - пробасил Дэнар. – Лежит такой Орланд и с постной миной на лице наблюдает за двумя магами, которые только не по потолку бегали.
- А они бегали! – хохотнул Орланд. – Только бороды мелькали и вверх вниз опускались, закрывая обзор.
Вся компания засмеялась, и Роган еле заметно улыбнулся, представляя в голове подобную картину. Не успел он до конца ее продумать, как со стороны окон донесся грохот, заставивший всех замолчать. Мнением большинства было решено, что Мастер Джен подойдет к окну и посмотрит, что происходит, что не особо радовало альфу, но любопытство было сильнее. Маг встал и прошел через всю столовую, после чего с интересом посмотрел в окно и замер.
- Вы не поверите, - неуверенно произнес он, - но, кажется, к нам пожаловали гости.
В просторном зале висели часы. Массивные и громоздкие, они очень нелепо смотрелись на вылизанной каменной стене - лак частично слез с черной поверхности, а те места, на которых он отсутствовал, просвечивались бледно желтыми пятами. Стрелки ползли нарочито медленно, будто им уже было тяжело резво перескакивать с деления на деление, поэтому казалось, что они словно отсчитывали время с натугой, громко скрипя при этом механизмом. Настолько громко, что этот скрип нельзя было просто игнорировать и сосредоточиться. Этот звук вступал в диссонанс с внутренними часами, заставляя выныривать Рогана из своего уютного воображаемого мира в безликую столовую с уродливыми черными часами на стене. Тогда придется слушать. И смотреть.
