Во всяком случае, Кальн не хочет проверять, а просто стоит на месте, не в силах сделать хоть шаг. Он не может понять, чего он боится. Может того, что под ногами захлюпает кровь, то ли того, что может произойти, если он сделает хоть шаг. На нем та самая куртка с выцветшим фениксом, в которой ужасно жарко, но Кальн прекрасно знает, что она здесь не при чем, ведь жар исходит от маленького пера, нашитого на грудь. Именно оно обжигает его кожу даже через несколько слоев грубой ткани. Между тем, вдалеке появляется человеческий силуэт, больше похожий на размытую тень, но постепенно она быстро обретает очертания, и Кальн уже не сомневается в том, кто перед ним. Брат… Он просто стоит и смотрит на него с укоризной, и все это в гнетущей тишине, которая давит со всех сторон на напряжённые барабанные перепонки. Лишь стук его собственного сердца, который начинает учащаться. Кальн никогда не замечает, как звуки исчезали, оставляя его и брата один на один посреди поля, залитого багровыми пятнами и изуродованными смертью телами. Омега просто смотрел на брата, чувствуя, как в груди разливается холод и сковывает его сердце, после чего лицо Кальна искривляется в гримасу боли. О, как многое он хотел бы сейчас сказать… например, что ему жаль, что он сожалеет о случившемся, что скучает… Но все эти слова застревают еще на подступе к сознанию, оседая горечью и невыносимой болью в его сердце.
Но он продолжает молчать и с леденящим ужасом замечает огромную рану в груди брата, из которой уже не течет кровь. Люди с такими ранами не могут жить, но он все стоял, словно не замечал на месте своего сердца огромную дыру… В какой-то момент брата начало трясти. Он закашлял, отхаркивая розовую кровавую пену и глаза его закатились, а белок окрасился в красный мерцающий цвет. Кальн стоял, не в силах пошевелиться и даже тогда, когда брат неестественно выгнулся и резко посмотрел в его сторону, омега даже не вздрогнул. Все его тело сковал леденящий душу страх, который заставлял Кальна наблюдать за всем происходящим широко распахнутыми глазами и не позволял даже дышать. Тем временем брат открыл рот, оскалив уродливые клыки, с который стекала слюна на землю и растворялась в багровых лужах крови, в после беззвучно закричал, заставив лучника вздрогнуть. На этот раз в его сон постепенно проникал какой-то шум, похожий на шорох, который становится все сильнее и сильнее… Кальн огляделся, стараясь понять, откуда он шел, но когда он вновь посмотрел в сторону брата, то невольно вздрогнул и замер, не смея пошевелиться. Теперь он стоял вплотную к лучнику и Кальн мог разглядеть каждое пятно засохшей крови на его лице, каждую рваную рану на его груди и руках… И его красные горящие глаза, наполненные безумием. Он не узнал собственного младшего брата… От осознания этой идеи становится безумно страшно.
Шум усилился, когда брат беззвучно закричал и бросился на него…
Кальн вздрогнул и открыл глаза, чувствуя, что его сердце бешено колотилось, а по вискам стекали капельки пота. К его ужасу этот страшный шорох не прекратился, заставляя лучника затравлено озираться в поисках источника шума. Какого же было его облегчение, когда оказалось, что это был всего навсего Джен, который перебирал большую стопку с расправленными свитками. Рядом с ним стоял Мастер Эйрик, который что-то тихо говорил магу и внимательно следил за ним. Джен только хмурился и продолжал перебирать бумаги. В какой-то момент он остановился и внимательно начал вчитываться в один из свитков, начиная хмуриться еще сильнее. Джен бросил взгляд на Орланда и отложил документ в сторону, но Кальн уже не следил за ним. Лучник глубоко вздохнул, и расслабил занывшие от напряжения мышцы. Видимо он заснул, пока разбирал бумаги, а будить его никто не стал, даже пледом накрыли, чтобы лучник не замерз. Он посмотрел вперед и увидел Орланда, который увлеченно изучал какой-то доклад и делал пометки. Почти все друзья были в зале, лишь одного Дэнара Кальн не мог найти, и это вызывало у него беспокойство. Осадок, оставшийся после неприятного сна и последующего резкого пробуждения, делал его уязвимым, поэтому даже вид огромного альфа успокаивал лучника…
- Эй, ты уже проснулся? Как ты себя чувствуешь? – мягкий голос заставил лучника облегченно вздохнуть и поднять глаза на подошедшего со спины альфу, который навис над ним огромной горой. Дэнар обеспокоенно смотрел на него, готовый в любой момент прийти на помощь, и осознание этого успокаивало омегу.
- Нормально, - сонно просипел Кальн, а после, прочистив горло, продолжил: - Почему вы меня не разбудили? Мы просмотрели пока только половину отчетов, еще…
- Ты выглядел очень уставшим, и мы решили тебя не тревожить, - перебил его Дэнар и осторожно поинтересовался: - Может, все-таки сделаешь перерыв и отдохнешь? Ничего страшного не произойдет, если один раз ты ляжешь пораньше или просто поваляешься. Мы все тут периодически отдыхаем.
