Дэнар замер, во все глаза глядя на омегу, который мягко улыбнулся ему и начал поглаживать пальцами его предплечья, но спустя мгновение альфа обнял Кальна и уткнулся лбом в его живот. Омега замер, не зная, куда девать руки, а после, плюнув на все, начал пальцами перебирать жесткие волосы альфы. Было непривычно видеть вечно спокойного и уверенного в себе воина таким подавленным и неуверенным в себе, поэтому Кальн просто молчал, закрыв глаза и чувствуя теплое дыхание Дэнара на своем животе. Несмотря на новую информацию, которая повергла его в шок и выбила из колеи, в объятиях альфы он смог окончательно расслабиться и почувствовать умиротворение, которого ему так не хватало все это время. Казалось, что вся та злость, все то напряжение остались где-то за пределами этой комнаты, оставив их наедине и позволяя молча находить утешение в этих неловких объятиях и ласках. Так было каждый раз, когда Дэнар успокаивал его – Кальн моментально сменял гнев на милость, стоило только руке альфы коснуться его плеча. Может, это была какая-то дэнаровская магия? Кальн не знал ответа, но знал, что одна вещь теперь не давала ему покоя и она требовала прояснения прямо сейчас, без каких-либо отлагательств.
- Дэнар, - тихо спросил он, продолжая поглаживать альфу по волосам. – Скажи, все это время ты защищал меня лишь из-за того, что испытывал чувство вины?
- Вначале да, - глухо отозвался альфа, и этот ответ почему-то расстроил Кальна, который почувствовал укол разочарования. – Но потому я понял, что не зря решил опекать именно тебя и что я готов костьми лечь, но уберечь тебя от любой беды…
- Сколько раз можно повторять, что меня не нужно защищать?! – повысил голос омега и сжал руки в кулаки. Эти слова словно отрезвили Кальна, и он сбросил руки не готового к такой прыти альфы и отшатнулся в сторону. Перед глазами вновь всплыли картины прошлого, широкая спина отца, за которой омега никогда не испытывал страха, а после его смерть. Дэнар с удивлением посмотрел на него, но Кальн уже не мог остановиться. – Я не так слаб, каким могу показаться, и могу сам за себя постоять, поэтому не нужно мне ни твое покровительство, ни защита, ясно тебе или нет?!
- Нет, мне не ясно! – пробасил воин и тоже поднялся на ноги, но повышенный тон альфы нисколько не напугал Кальна, а даже наоборот – разозлил. – Почему ты столько взваливаешь на свои плечи, почему закрываешься ото всех и не позволяешь подходить близко? Почему ты так категоричен в отношении моих чувств и не желаешь их принять?..
- Да потому что я не вынесу, если еще одного человека, которого я люблю всем сердцем, убьют на моих глазах и по моей вине!!! – что есть силы закричал лучник, перебивая воина. Лучника уже трясло от бессильной злости, поэтому он, не обращая внимание на шок Дэнара, продолжил: - Не хочу я и чтобы человек, который меня любит, видел мою смерть и потом страдал всю оставшуюся жизнь. Можешь говорить все, что захочешь, только меня ты переубедить не сможешь! Я видел, как разбирали на куски моего отца, который вышел защитить меня от нападающих, поэтому я знаю, что говорю! Каждую ночь я вижу это в своих кошмарах! Если к ним добавится твоя смерть, я просто сойду с ума!
- Значит, тебе будет больно, если умрет человек, которого ты любишь всем сердцем?
- Конечно, будет! – возмутился Кальн, не понимая смысла такого глупого вопроса.
- И если умру я, то ты этого не вынесешь?
- Само собой! – обиженно закричал омега, не понимая, чего добивался Дэнар. Он и не заметил, как следующий момент он казался в объятиях альфа, который обнял его за плечи и уткнулся носом в его рыжую макушку. Кальн в начале замер, а потом попытался выбраться, но не тут-то было – Дэнар не позволял отдалиться от него ни на миллиметр.
- То есть я могу надеяться на то, что я один из тех, кого ты любишь всем сердцем?
- Я… - шокировано отозвался Кальн и замер. В следующий момент его щеки покраснели, и он начал яростно вырываться из объятий альфы. – Отпусти меня, Дэнар! Я сказал, отпусти меня!!!
