В "Коррозии" играют на секс. Женщина выигрывает и забирает деньги, проигрывает - и отправляется в постель с корром, с мутантом и нелюдем. Дженна - профессиональный игрок, и она не проигрывает.Примечания автора:Текст содержит графическое описание секса и видоизмененным человеком.
В игровом зале "Коррозии" окна располагались на самом верху, под потолком, и были узкими, как бойницы. Они скорее подчеркивали, как темно было в помещении, чем действительно его освещали, особенно вечером. Лампы, расположенные над столами, превращали их в освещенные островки, за пределами которых зал будто терялся, переставал иметь значение. Со своего места Дженна едва могла различить игроков справа и слева от себя.
Иногда мимо – должно быть, направляясь к другим столам, – проходили корры, и их измененные, массивные, покрытые матово отсвечивающей биоброней, фигуры превращаясь в силуэты, казались странными и чуждыми. Дженна не вглядывалась в них намеренно: знала по опыту, что может начать выискивать знакомую фигуру, и тогда вся концентрация полетит к чертям.
В зале не было тихо: кто-то с кем-то переговаривался, кто-то спорил, кто-то плакал где-то в дальнем углу, но Дженна настолько привыкла к звуковому фону "Коррозии", что не обращала внимания. Разве что плач ее раздражал. Она давно считала, что таких игроков, которые устраивают потоп по поводу своего проигрыша, даже пускать не стоило. Сама она не плакала и не проигрывала.
"Коррозия" была старым заведением, проверенным и одним из первых, которое предложило свои услуги коррам, так что могла бы уже позволить себе не пускать истеричек за игровые столы. Все равно толку от таких не было никакого – они только позорили зал и действовали на нервы посетителям.
В частности одному, которого Дженна не ждала и не выискивала взглядом.
Действительно не ждала и не выискивала: некоторые вещи просто нельзя себе позволять.
Игровой зал располагался почти на самой окраине Четвертого Района − последнего условно приличного места обитания, на границе с шестым сектором, где квартировали корров, и пятым блоком, куда стекались все, у кого были проблемы с официальными властями. Дженну, которая жила неподалеку от "Коррозии", такое соседство волновало мало. Она никогда не использовала для охраны ничего сложнее простенького робота-телохранителя, который даже для устрашения не годился, и запирала дверь своей крохотной квартирки на обычный электронный замок. Воровать у нее было нечего, а на улицах Дженну с успехом защищала принадлежность к Игровой Ассоциации.
Власти ввели запрет на проституцию примерно лет двадцать тому назад, лет за пять до окончания Провальной Колонизации и появления первых корров. Когда последние публичные дома были ликвидированы, их нишу заняли казино и игровые залы, хотя на самом деле от "игрового" в них остались только названия. Клиенты приходили в заведение, платили взнос за вход и садились играть за стол к понравившемуся "игроку" на условиях "победитель может провести час в компании с проигравшим". К штатным игрокам прилагался список того, что они ставили на кон: от минета до анала, от бдсм до пеггинга. И естественно, персонал казино всегда проигрывал. От проституции это отличалось только названием, но номинальный статус игры не позволял властям ничего сделать. Слишком многое в городе было завязано на неприкосновенности выигрыша.
Когда появились корры − биологически скорректированные люди, − неохотно, но их все-таки пускали в игровые залы. С кучей ограничений, с плохо скрытым отвращением, только к определенным редким столам, но пускали: закон признавал корров людьми.
Хотя, как теперь понимала Дженна, казино просто нужен был повод этого не делать. Возник ли этот повод сам, или кто-то помог – она не знала, но после того, как во время выигранного часа кто-то из корров серьезно покалечил женщину-игрока, игровые дома ввели запрет для – как это сформулировали – потенциально опасных людей.
Примерно в то же время и возникли казино вроде "Коррозии" − заведения специально для корров, − и, в отличие от других подобных мест, они стали действительно игровыми залами. Игра в "Коррозии" не превращалась в обязательный ритуал перед сексом, с целью обезопасить себя от властей, – здесь играли всерьез, со ставками в цифровых долларах и обговаривая условия заранее.
Проиграть означало пойти в постель с корром, выиграть − забрать его деньги. Именно из-за этого в "Коррозию" приходили самые разные люди: профессиональные игроки, вроде Дженны, для которых выигрыш был источником дохода, отчаявшиеся бедные дурочки, нуждающиеся в легких деньгах, искатели приключений на разные части тела и извращенцы, которые предпочитали корров, но предпочитали их без обязательств и не видели смысла в ритуалах вроде знакомства и разговора ни о чем.
− Условия стандартные, − спокойным вежливым голосом объявил крупье, прежде чем начать сдавать карты. − В случае победы игрок получает денежный приз или право провести час с проигравшим. На выбор. Вы хотите уточнить что-либо в случае, если выберете час?
Формулировка была дурацкой, постоянно вызывавшей у новичков в игровом зале смешки и ухмылки, и в "Коррозии" ее несколько раз меняли, но ничего лучше, насколько Дженна знала, так и не придумали. За несколько лет она приелась и воспринималась просто набором привычных слов.