Потом из дома выбежал мужчина в черной «москвичке» и военных галифе с топором средней длины в руках. Он ударил ползущего отца топором по голове, потом вытащил из кучи дров милиционера, пнул его и затащил за шиворот шинели в дом. После этого, на глазах у соседей (которые, стоит сказать, спрятались и смотрели сидя на корточках у окон) стал рубить топором мужчину. Длилось это долго, но, что странно, убийца ни разу не закричал при этом. Изуродовав отца, убийца затащил его в дом, забрал милиционера и вышел на улицу, идя в сторону леса по улице Дружинников.
…В самом доме пахло уютом. Стол был аккуратно накрыт скатертью, на нем стояла тарелка с хлебом, прикрытая белым платком. Под столом были следы крови, они же были и по всему полу, а от середины комнаты тянулся длинный кровавый след – это раненый отец семейства полз к выходу. В углу, около извергающей тепло печи, лежало изуродованное тело женщины. От тела и до самой двери тянулись маленькие красные следы – вероятно, это девочка бежала от трупа матери к выходу. Рядом с трупом также виднелись большие мужские следы – как оценил Летов, это были следы от сапог примерно сорокового размера. В целом, место преступления производило очень удручающее состояние: везде видна опрятность, красота, ухоженность этого славного семейного гнездышка, на стенах висит три семейных фотографии, а весь пол, кровать, печь и часть стен была заляпана кровью. На кухне, конечно, было легче – там не было трупов и крови, вторая половина печи служила местом готовки, большой стол был заставлен чистой посудой, было много табуреток и даже парочка старых стульев одиноко ютилась у деревянной стены.
Вскоре выяснилось, что убита была семья Жохриных. До 1941 года они жили в Днепропетровске, потом были эвакуированы оттуда вместе со Стрелочным заводом и с 42-го года жили в Первомайском районе. Отец – Степан Жохрин, был начальником цеха на Стрелочном заводе, жена – Юлия Жохрина, была домохозяйкой, воспитывали девятилетнюю дочь Ирину, которая состояла в отряде октябрят 49-й школы. Судя по всему, отец, поняв, что убийца движется к дому, спрятал дочь под кровать, она оттуда не вылезла, что и спасло ей жизнь. Около кровавого следа лежал длинный нож – вероятно, Степан Жохрин пошел с ним на убийцу, но получил пулю в живот.
…Уже в восемь утра все сидели в кабинете Ошкина. За окном валил снег, да с таким упорством, что рабочие по утру просто увязали в нем. Было ясно что все, наконец-то, наступила настоящая зима, и заледеневшую грязь покрыл почти что полуметровый слой снега.
Все ждали, когда Скрябин привезет из больницы маленькую Иру. Соседей уже отпустили – они подтвердили описание убийцы, составленное со слов Долгановой, да и признались, что из-за сильного испуга не сильно запомнили все детали.
Наиболее вероятной версией была та, что убийцу остановили постовые, одного он убил, а второго зачем-то забрал с собой. Потом душегуб увидел, что его заметил Жохрин, ворвался в дом, убил его и его жену, а раненого ефрейтора забрал с собой.
Самым обидным было то, что ночью пошел снег – большинство следов убийцы уже было не найти. А оплошность Скрябина, который, увидев следы телеги пошел по ним, тем самым упустив время и дав снегу замести нужные следы, убила все возможности взять убийцу «по горячим следам».
Отрабатывались несколько версий. Первая: убийца жил где-то в районе леса или бараков ОРСа северного сектора. Вторая: он обладал каким-то транспортным средством (повозка, сани, автомобиль), довел до него ефрейтора и увез на нем в любую точку района. Третья: он прошел с ефрейтором примерно четыре километра по ночному лесу к небольшой деревушке близ линии «железки». Четвертая: он где-то с ним скрывался, пережидая ночь и метель, а по утру двинулся к месту жительства.
Стоит сказать, что сразу же после осмотра первого места убийства, все силы милиции были мобилизованы и пошли по улицам района, прочесывая каждый метр, однако из-за жуткой метели были вынуждены ждать 6:30 утра – в это время она немного ослабла, хотя и совсем незначительно. К этому времени на помощь прибыли работники сельских и деревенских отделений милиции, которые также присоединились к поискам: милицейские патрули ходили по всей Первомайке, проверяя всех подозрительных лиц. Отряд в шестьдесят человек был брошен в лесополосу близ улицы Дружинников для ее прочесывания. Работники отделения УгРо в свою очередь ходили по всем домам улицы Дружинников и прилегающих к ней улиц, опрашивая сонных жильцов, еще не успевших пойти на работу.
Однако за час упорной работы ничего не было найдено. Огромный слой снега замел все следы, милиционеры с горем пополам прочесали лесополосу, пробивая себе путь в глубоком пласте снега – местами его глубина достигала метра – но и там никого и ничего не было. Патрули задержали только двух ночных алкашей, но никаких лиц, подходящих под описание убийцы и самого ефрейтора, встречено не было.
