– Я занималась тхэквондо у отличного мастера, и он ни разу в жизни не повысил голос!
– Наверное, это потому, что он стремился сделать из тебя гармоничную личность, или к чему там все эти восточные философии призывают. У сержанта заботы приземленнее – дать тебе шанс не убиться в первую минуту под огнем. Поскольку собственные навыки предстоит отращивать долго, привыкай бездумно выполнять команды тех, у кого они уже есть.
– И любые идиотские шуточки надлежит выполнять наравне с боевыми командами? – она даже с дыхания не сбилась! Есть все-таки определенные преимущества у вкладывания чертовой прорвы сил в, казалось бы, чисто позерское занятие по созданию фигуры.
– К сожалению, нет. Любой приказ допустимо не выполнять, на собственный страх и риск. Рефлекс не обязан брать верх над сознанием. Он просто первым подает решение. Если решение рефлекторное видится неприемлемым, допустимо прислушиваться к другим источникам.
И в том великое счастье, потому что скольких бы неприятных людей я прикончил по энергичному зову этого самого рефлекса!.. Видишь, бывало, человека в магазине – и все внутри так и вопит: прикончи гада, не то он заберет последнюю упаковку сосисок! Тихо, тихо, отвечаешь ты ему. Сосисок еще много. На всех хватит. И человек проходит мимо, опасливо косясь на разговаривающего с самим собой неврастеника, и не знает, какой судьбы только что избежал благодаря мощи неврастенического рассудка.
– То есть я и от этого упражнения могла отпереться, – уточнила Айрин мрачно и встала, отряхивая ладони.
– От всего на свете можно отпереться. Вопрос лишь в последствиях.
– Кто б мою старушку так заставил! – позавидовал эвакуаторщик, как мне показалось, больше в мой адрес.
– Давай я
– Слышь! – обиделся мужичок, по-прежнему обозначая адресатом меня. Он, наверное, еще не в курсе, что женщинам дали равные права… досюда некоторые новости идут долго, особенно нежелательные. – Чот твоя секретарша много себе позволяет!
– Ты ее еще со страпоном не видел.
Трудяга от таких перспектив передернулся и поспешил в свою кабину. Большой дружбы с местными у нас, кажется, не выйдет. Слишком мы для них изысканные.
– Заправляй макароны, – велел я Айрин. – Ножей в кузове полная коробка. Я схожу поищу партизан.
– Чем заправлять?
– Ты серьезно?
– Более чем. Можешь не сочинять изящную подколку на тему здорового питания, я уже слышала все возможные варианты. Я давно устранилась от активной работы над мышечной массой, зато насмерть борюсь с жировой, макароны вижу раз в год в ресторане, как правило не на своей тарелке. Чем эту углеводную бомбу начиняют психи вроде тебя, я не в курсе. В пакетах ни обезжиренного творога, ни овощей не видела.
Как с ней все-таки непросто, а? Обезжиренный творог. Неудивительно, что Калифорния так легко сдалась китайцам. Все они там в ужасе от мысли о лишней паре калорий, а на обезжиренном твороге боевой дух не расцветет.
– Не напрягайся так. При нашем образе жизни еще никто не растолстел, как бы хорошо ни кормили. Такие расходы нервной и прочей энергии, что с Мика уже через месяц штаны падать начинают. Так что вываливай в котел всю тушенку, какую найдешь в тех пакетах… ее там было не так много. Или я сам, а ты иди парней поищи в темном страшном лихолесье.
– Да ты просто мастер сложного выбора. Ладно, я займусь макаронами.
– Только не думай, что можно вытряхнуть тушенку в озеро и сделать вид, что в банках ничего не было. Имей в виду, кадет, ты на испытательном сроке. Одно неверное решение – и я тебя сгружу с баржи, даже если придется оставить с тобой фона. А насчет питания любое решение, кроме как в плюс, неверное.
Я удостоверился, что огоньки эвакуатора удалились на достаточное расстояние, чтобы не ждать внезапного возвращения, и направился в лес, в ту сторону, куда удалились парни. Опять. В прошлый раз они нашли, с кем побрататься… и не сказать, чтобы для тех история кончилась хорошо. Не надо бы нам лишних скандалов и бурного резонанса вокруг наших скромных персон.
Далеко они не ушли – обосновались на первом же поваленном дереве, в сотне метров от кемпинга. Эльфа я не сразу узнал – дутая курточка детского размера увеличила его раза в четыре в поперечнике, так что теперь он производил впечатление эдакого сеньора Помидора, втянувшего узкое лицо в могучий воротник-стойку. Зато теперь, будучи увенчан головным убором, он вполне может показываться людям хотя бы издалека, и его можно будет извлечь из-под сиденья. Мик и Редфилд визуально не изменились, смирно сидели по обе стороны от клюющего носом Фирзаила, не позволяя ему свалиться с бревна.
– Чего так долго? – посетовал фон, когда я под треск веток вывалился на прогалину. – Мы уж начали волноваться, что вас там за заслуги перед родиной арестовали.
– Ничего подобного. Трупы вывезли, жратву оставили, сейчас уже будет готово. Из нежданных радостей – я, кажется, привел Айрин к присяге.
Фон восхищенно присвистнул.
– Мощный эвфемизм. Может, наконец расслабится.
