Макароны оказались слегка недоварены, непосолены, а мясо еле успело подогреться, но походные условия всегда оказывали на восприятие блюда самое благотворное воздействие. Порции ушли легко и быстро. Причем, что характерно, Редфилд со своей тройной справился быстрее всех и определенно готов был добавить, но никто ему не предложил. Куда там в него это все девается? Комплекция у него, конечно, внушительная, но отнюдь не бегемотья, живот не впалый, но и не навыкате, как у налопавшегося от души Мика, представить там емкость на несколько галлонов как-то не хватает фантазии. Может, как у Альфа, у него семь желудков? Хотя сколько бы ни было, вписаны они в общие обводы.
– Десертов не видать, – Айрин безнадежно пошелестела пакетами. – Оно и к лучшему, потому что я бы не удержалась, а через пару дней вас всех прикончила бы за свою талию. Кому пустой кофе?
– Мне, – я поднял руку, как в школе. – Вы с Миком можете и со скотчем, а я свою дозу лучше приберегу до сдачи поста. Редфилд? Кофе?
Свершилось чудо – принюхавшись к наполненному стаканчику, Редфилд впервые на моей памяти изобразил на физиономии что-то типа отвращения и не позарился. А я-то уже начал надеяться, что у него нет вкусовых рецепторов и в следующий раз ему можно дать погрызть какую-нибудь деревяшку. Он ведь пил уже раньше, правда? Я же сам ему давал стаканчик, еще там, где мы информации набирались. То ли ему не понравилось в принципе, то ли он настолько тонкий ценитель, что отличает по запаху растворимый кофе из сухого пайка от баночного. Да еще и предпочитает первый. Кстати, не могу его винить, пайки при всей своей внешней непрезентабельности комплектуются зачастую более достойными продуктами, чем можно найти в подавляющем большинстве недорогих заведений общепита. А уж если ваш штатный повар фон Хендман, то вы ждете очередного перехода на рационы как манны небесной.
– Ну-с, – Айрин раздала стаканчики, подлила себе и Мику из бутылки, а вскинувшемуся было Редфилду выразительно показала кукиш и подтолкнула котелок с кипятком. – Не будут ли любезны уважаемые джентльмены поделиться своими видами на ситуацию?
– Я бы предпочел обойтись, – ответил я честно. – Среди моих выдающихся талантов есть сглаз, или как там это называется. Могу безбоязненно перечислить плохие варианты, чтобы от них подстраховаться, но они тебе запросто отобьют сон.
– Сглаз, да? Это многое объясняет. Микки?
– А? Чего? – фон начал выпадать в осадок еще на стадии поглощения макарон. Какое-то он, простите за такой грубый термин, однопроходное млекопитающее. Знаю, что означает это совсем другое, но звучит уместно донельзя. – Ну, какие тут виды. Если эльф сможет заклеить это Зияние, комендант подпустит нас к тому, что в городе. Если он и то заклеит, нам придется как следует думать, как взяться за это дело официально. А вот дальше я теряюсь в догадках, как дело может повернуться. С одной стороны, никто же не запрещает дать объявление в газету – закрываем, мол, Зияния за умеренную плату, детям и пенсионерам скидка. С другой, через несколько дней после такой публикации в дверь позвонят люди в форме, не факт что государственной, и сделают предложение, от которого невозможно отказаться. В самом хорошем варианте это будет эксклюзивный контракт, по которому они выбирают цели и обеспечивают нас всем необходимым. В самом ожидаемом – скажи ты, Мейсон, пусть самый ожидаемый вариант со сглазом поборется.
– В самом ожидаемом варианте будет все то же, что в самом хорошем, только без нас лично. Потому что кучку воинственных идиотов для опекания эльфа набрать можно если не на любой улице, то уж точно в любой военизированной структуре. Так что нас освободят от эльфа, а если будем сильно рыпаться, то просто прикончат, грубо в подворотне или с помпой за измену родине. Может, не с первого раза, но в конечном счете. Насчет Редфилда я не готов делать прогнозы – нужен ли он кому-нибудь, если не обнаружит сверхъестественных талантов помимо аппетита.
Айрин тихо ахнула.
– И вы вот так спокойно…
– От того, что мы начнем визжать, как поросята, ситуация не разрешится.
– То есть с эльфом нам в любом случае придется расстаться?
– По доброй воле вряд ли. Фиг бы с ними, с этими его способностями, но я обещал не позволить ему пропасть. Если уж все сведется к тому, что прикрыть его мы не сможем, будем прорываться к ближайшему Зиянию, чтобы он смог воспользоваться своей магией и уйти – сперва в Отстойник, а оттуда домой.
Мик хмыкнул – как мне показалось, одобрительно.
– Вредный старина Мейсон. Помирать, так с музыкой.
– К черту вашу музыку, век бы не слышал. Если ничего, кроме помирания, не остается, стоит сделать так, чтобы наша смерть никому никакой выгоды не принесла. Ведь если у нас будет нечего отобрать, то и бодаться с нами никому не захочется. Нынче в мире достаточно реальных проблем, чтобы не возникало охоты идти на принцип.
– То есть, – Айрин слегка повысила голос. – Я повторяю предыдущий вопрос, который вы со всем своим надрывным героизмом так и не опровергли. С эльфом нам в любом случае придется расстаться, так?
