«Привет. Даже не знаю, с чего мне начать и как представиться. Родители, безусловно, дали мне имя, но речь сейчас о другом. Прежде всего необходимо объяснить, зачем я всё это пишу. Умоляю, если ты нашла письмо, дочитай его до конца и постарайся понять. Это чрезвычайно важно. Ладно, начну издалека. Я Жанна. Молодая девушка. Молодая, но, судя по всему, не совсем здоровая. Когда-то в детстве у меня случился психический срыв, после которого меня лечили в клинике. А затем продолжительное время ещё держали на учёте у врачей. Затем всё будто бы нормализовалось, но позже окажется – это заблуждение. Болезнь не ушла. Она словно затаилась на какое-то время, а вскоре случился рецидив. Меня снова затолкали в больницу и вновь поставили на учёт. После пришла очередная фаза облегчения. Я опять выписалась. Но к этому моменту доверия к врачам больше не осталось. Похоже, они и сами не знали, что делать. Прошло некоторое время, и началась третья фаза моего недуга: болезнь стала прогрессировать. Тогда я была в отношениях с моим парнем Костей, который мне обо всём этом и рассказал. Якобы иногда у меня случаются метаморфозы, во время которых я веду себя немного странно и неестественно. У меня же эти эпизоды просто пропадают из памяти, не помню их совсем. Поэтому проверить информацию, которую мне передали, возможности нет. А позже во время этих приступов у меня по неизвестной причине появлялось желание писать картины. Впоследствии Костя показал мне одну из них. Такие новости окончательно сразили меня. Казалось, что это окончательный тупик. Но мой парень пообещал всё уладить и не оставлять одну в трудной ситуации. Пришлось довериться ему, ведь у нас всё шло замечательно. Я счастлива с ним, а он со мной. Иначе, думаю, Костя вряд ли бы пошёл на такое. Его предложением стало уехать на время из города и пожить вблизи природы. Якобы его друг, связанный с психиатрией, посоветовал поступить именно так. В клинику мне больше идти не хотелось. Не верила, что врачи помогут. Так что пришлось согласиться на его уговоры…»
На этом месте письмо обрывается. Может, Жанна не знала, писать дальше или нет. Либо же что-то отвлекло её. Следующие строчки были написаны более размашистым почерком и другим цветом пасты:
«Умоляю тебя, дочитай письмо до конца. Полагаю, то, что я расскажу тебе дальше, будет напоминать полнейший бред. Но в действительности же это крик о помощи. Итак, мы переехали на дачу и прожили там несколько месяцев. Моё самочувствие улучшилось. Провалы в памяти, а значит, и метаморфозы больше не случались. По крайней мере, Костя утверждал именно это. Но у меня есть нехорошее предчувствие, будто что-то пошло не так. Мне кажется, что приступы продолжаются, и во время них я на некоторое время становлюсь тобой, как бы странно это ни звучало. Ты – моя субличность. Или же я твоя. Возможно, болезнь осталась и мой парень от меня что-то скрывает. Все мои подозрения можно было бы списать на паранойю или побочный эффект от реабилитации, если бы не одно “но“. Хорошая подруга рассказала мне про выставку, которую якобы организовала я, а после даже дала интервью некоему журналу. Помню лишь, как однажды мы с Костей ненадолго заезжали в одну галерею. К директору, фирма которого делает заказы у организации, где работает мой парень. Там мы мельком глянули пару картин и не более того. Пришлось отыскать статью с интервью, про которую упоминала моя знакомая, дабы докопаться до истины. В итоге не нашла в ней почти ничего общего с событиями моего детства и отрочества. Но есть момент, который меня по-настоящему смущает, – это имя той девушки. Жаннет. Данное письмо – моя последняя надежда во всём разобраться. Очень надеюсь, что ты дочитаешь его до конца. Дай мне ответ, пожалуйста. Конечно, если ты существуешь». Подпись: «Жанна».
Следующие пару страниц из блокнота были вырваны, а ответ написан каллиграфическим почерком:
