Я дрожу и прижимаюсь к нему, пока он ведет меня по коридору, но внезапно Грэйсин будто не выдерживает и придавливает меня к стене на лестничной клетке. Он осыпает поцелуями мой подбородок и чувствительные места за ушами, а я обнимаю его, притягиваю к себе, желая быть еще ближе.
– Ты пытаешься меня отвлечь? – спрашивает он, нежно касаясь языком впадинки на моей шее.
– Возможно. А у меня получается?
– Сама решай, – говорит он и прижимается ко мне пахом. Чувствуя его возбуждение, я резко втягиваю воздух и, не раздумывая, увлекаю его за собой по коридору.
– Возможно, мне стоит быть более убедительной, – говорю я с озорной улыбкой. – Если, конечно, это не причинит тебе слишком сильную боль.
Мы подходим к двери его комнаты и, когда я берусь за дверную ручку, Грэйсин прижимается ко мне сзади. Его твердый член упирается в углубление между моими ягодицами.
– Даже на пороге смерти я все равно бы желал тебя.
Он открывает дверь, и мы вваливаемся внутрь, закрывая ее за собой. Я пытаюсь повернуться, но он прижимает меня спиной к себе и поднимает мои руки над головой.
– Держи их в таком положении! – рычит он, а я настолько возбуждена, что у меня нет сил спорить.
Я слышу, как он раздевается за моей спиной. Впитываю в себя звуки звяканья пряжки, которую он расстегивает, стука ремня, падающего на пол, щелчков молнии, шороха снимаемых брюк. И к тому времени, когда я вновь ощущаю тепло его тела спиной, меня уже начинает бить дрожь.
Мои руки безвольно повисают, но в ответ Грэйсин кусает меня за плечо.
– Я просил не опускать их.
– Прошу тебя, – говорю я шепотом, – позволь мне дотронуться до тебя.
– Дотронешься, мышонок, не торопись, – он нежно целует укушенное место и обводит его языком.
Я подчиняюсь его просьбе, но лишь потому, что он не прекращает ласкать меня. Откидывая голову назад, я со стоном устремляю взгляд к потолку, в то время как Грэйсин нежно проводит рукой по моей груди, скрытой под тонкой тканью разорванной рубашки.
– Сними ее, – прошу я, и Грэйсин, не задумываясь, стягивает рубашку и отбрасывает ее в сторону, – сними все.
На этот раз вместо того, чтобы подчиниться, он решает подразнить меня. Я переминаюсь с ноги на ногу от нетерпения, а он обхватывает ладонями мою грудь поверх лифчика и начинает выводить круги пальцами по нежному хлопку.
Подкладка достаточно плотная, чтобы я не чувствовала всю силу его прикосновений, но я знаю, что они приятны. Хотя это всего лишь один слой ткани, он сводит меня с ума. Когда я теряю терпение и начинаю неистово извиваться, он наконец опускает чашечки, открывая мою грудь для своих прикосновений, и искусно ласкает мои соски, вызывая у меня более глубокие стоны. Он сжимает их пальцами, чтобы я испытала одновременно и боль, и наслаждение, а затем опускает руку к поясу моих джинсов. Я ощущаю, как мое дыхание перехватывает, когда он нежно касается кончиками пальцев их края.
– Пожалуйста, – шепчу я, и на этот раз Грэйсин исполняет мою просьбу. Он оттягивает пояс моих брюк и проникает внутрь рукой.
Одной рукой он поворачивает голову, чтобы поцеловать меня, а другой рукой скользит еще ниже, проникая в нежную влажность между моих бедер.
– Ты уже готова принять меня? – спрашивает он. – Я думаю, тебе нравится идея остаться здесь со мной. Неужели мой маленький мышонок превратился в кошку?
Я шепчу ему на ухо что-то бессвязное и чувствую, как он улыбается. Мое сердце переполняется от осознания того, что я тоже не могу представить свою жизнь без него. От того, что он делает со мной, нет спасения, и пути назад тоже нет. Уйти невозможно, и даже если бы обстоятельства были иными, я сомневаюсь, что смогла бы это сделать. Он страстно проникает языком в мой рот, словно завоеватель, стремящийся покорить меня, и я отвечаю ему с не меньшей страстью, роняя стоны наслаждения.
Его рука, обхватывающая мое горло, безошибочно напоминает мне о том, как он впервые прижал меня к стене. Это воспоминание словно оживает в моей голове, и я прижимаюсь к Грэйсину еще крепче. Инстинктивно я двигаю бедрами, будто пытаясь сдержать бурю, которая бушует внутри меня. И Грэйсин, кажется, понимает мои чувства. Он прижимается ближе, и я оказываюсь зажатой между его телом и дверью. Я трепещу от желания освободиться, прикоснуться к нему и выразить все то, что не в силах передать словами.
– Я держу тебя, – говорит он, и его пальцы начинают двигаться внутри меня. И все, что я могу сделать в этот момент, – отдаться его соблазняющим прикосновениям.
Грэйсин продолжает свои сладкие пытки, и я чувствую, как дверь вибрирует от моего растущего напряжения и дрожи, сотрясающей все тело. Но в тот самый миг, когда мне кажется, что я вот-вот достигну пика наслаждения, Грэйсин внезапно останавливается и позволяет мне безвольно опустить руки.
Я поворачиваюсь, чтобы выразить свое недовольство, но Грэйсин подхватывает меня на руки и несет к кровати. С жадностью обнимая его, я принимаю на себя его вес, обвиваю ногами талию и притягиваю ближе.
– Погоди, – с улыбкой произносит он, – не так быстро, моя маленькая жадина.
– Я не могу ждать, – говорю я, прижимаясь к нему, – сейчас.
