Бег мой был не очень-то и быстрым, но я бежал не только потому, что так можно было быстрее добраться до бара. Я просто хотел согреться. И у меня это получалось – мало-помалу я начал чувствовать пальцы на ногах! А это уже было маленькой победой.
До бара я добрался минут за десять и облегченно вздохнул, когда увидел, что в окнах горит свет. Я поспешил к входной двери. Дернул за ручку. Дверь не поддалась. Тогда я забарабанил в дверь что есть мочи. Через стекло в двери я видел, как внутри сидят несколько «толчков». Как их зовут, я не знал, но видел их и на своем посвящении и после матча. Один из них повернулся на стук. Он очень оживился, когда узнал меня. Он поспешил к двери и отпер ее. Я буквально ввалился в помещение. Как же приятно из холода попасть в тепло! Ни с чем не сравнимое удовольствие.
Парень, что меня впустил, тем временем, осматривал меня.
– Ты едешь на выездные?
– Ага, – выдавил я.
Он криво усмехнулся:
– Тогда удачи. Если вернешься не снеговиком – считай, повезло.
– Ты о чем? – спросил я.
И будто в ответ на мои слова из-за бара показался Юра, держа стакан пива в руке.
– О-о-о! – воскликнул он, увидев меня. – Пришел наш обмороженный друг!
– Не смешно, – ответил я. – Ты видел, какая на улице температура? Какого черта ты мне сказал одеть шорты?
– Во-первых, на-деть, – поправил меня Юра.
– Да хоть как, – злобно сказал я.
– Во-вторых, ты сам мог посмотреть, какая на улице температура и надеть джинсы, – он сел за стол и отхлебнул из стакана. – Или ты предпочитаешь штаны с начесом?
Несколько сидящих прыснули.
– Но, – продолжил он. – Ты молодец, что надел шорты. Не испортишь нам картинку. О, кстати, – сказал он, что-то вспомнив.
Юра встал из-за стола и скрылся за баром. Ждал я не долго – уже через секунду он вынырнул, держа в левой руке белую футболку, а в правой солнечные очки.
– Твоя футболка, конечно, прикольная, но сегодня ты будешь носить другую.
Он подошел ко мне и вручил принесенные им вещи.
– А очки зачем? – только и спросил я.
Юра даже не понял вопроса.
– Ну, как… Дань уважения традициям. Мы всегда на выездные ездим в очках.
– Можно я, хотя бы, футболку надену поверх своей?
– Нет! – запротестовал Юра. – Если стесняешься – иди за бар. Свою рванину оставь там.
– Почему рванину? – возмутился я.
– Неважно, – отмахнулся он. – Иди за бар.
Я послушно прошел за барную стойку. С изнанки находилось несколько полок, где, по-видимому, должны были стоять бокалы. Сейчас же эти полки были пусты, а на одной из них лежало несколько таких же белых футболок, как у меня. Я расправил свою. Она была синтетической. Я снял кепку и положил ее на стойку.
– У тебя какой номер? – послышался из зала голос Юры.
– Что? – не понял я.
– Цифры на футболке какие? На спине!
Я повертел вещицу в руках. Спереди была красная надпись “WSCREW”, выведенная каким-то шипастым шрифтом. А на спине был большой черный номер «99».
– Девяносто девятый! – громко ответил я.
– Супер! Значит, я тебе дал ту, что нужно.
Я быстро стянул свою футболку, положив ее на пустовавшую полку, затем натянул белую. Очень непривычно было после хлопка надевать синтетику. Я провел по поверхности футболки рукой, и она затрещала, как от электрического заряда. Я надел свою кепку и вышел из-за бара.
– Очки где? – спросил Юра, увидев меня.
– Я их на столике оставил.
– Хорошо, – ответил он, отхлебывая пива. – И еще: кепку переверни.
Я непонимающе посмотрел на него.
– Козырьком назад, – пояснил он.
Я перевернул кепку.
– Кстати, что у тебя там написано?
Сняв кепку, я продемонстрировал ему надпись «AC/DC» на передней ее стороне.
– Е-э, рок, – ответил он и выставил вперед «козу».
Я что-то хотел у него спросить, но все никак не мог вспомнить, что именно. Когда я посмотрел на свою кепку, я вспомнил, но воспоминание тут же улетучилось. Я вновь осмотрел свою кепку и меня осенило:
– Юр, а ты не знаешь, сколько у нас в городе еще таких банд, как ваша?
– А что? – он серьезно посмотрел на меня.
– Да тут ко мне просто один нацик в школе подошел… – начал я, но меня перебили.
– Кто?! – воскликнул Юра.
Несколько сидящих обернулись в мою сторону.
– Ну… – замялся я. Ко всеобщему вниманию я был не готов. – Он просто подошел ко мне со словами White Power, вот я и решил узнать, вдруг у нас таких много…
– Как он был одет? – спросил Юра, смотря на меня с ожесточением. Что-то в упоминании о «нацике» задело его.
– В красную рубашку, синие брюки и черные кроссовки, – отрапортовал я.
– А на правом рукаве у него ничего не было, ты не видел? – продолжал расспрос Юра, хоть и с меньшим напором. После моего описания одежды того парня, Юра немного успокоился.
– Да нет, вроде… – ответил я и задумался.
– Юрец, да забей. Если бы это был чувак из «РедРайта» он бы одевался по-другому, – сказал Юре один из сидящих.
– Да я понимаю… – протянул Юра. – Просто странно, либо это один такой отбитый, либо это пацан из первоначального состава… – он снова посмотрел на меня: – Тот нацик был младше тебя?
– Да, – с готовностью ответил я.
