Он дал мне бумажку с кодом от домофона. Я молниеносно сбежал вниз и выскочил из подъезда. Отойдя на пару шагов от двери, я посмотрел вверх. На четвертом не горело ни одного окна. Зато одно горело на втором. Я хотел было зайти, но тут мне в голову пришла одна мысль. Я побежал вдоль стены дома и выскочил из двора. Подъезд, в котором оказалась нужная квартира, был самым первым, поэтому окна запоминать не пришлось. Но и со стороны проспекта окна не горели. «Ну и рано же они засыпают», – подумал я и поспешил обратно в подъезд.
– Ну? – спросил Андрей, когда я взбежал к нему.
– Не горят, – сообщил я, слегка запыхавшись.
– Тогда сейчас будет смертельный номер.
Он вытащил из заднего кармана маркер белого цвета и подошел к двери. Я молча наблюдал за ним. Андрей вывел на черной двери следующую фразу: «Это он виноват». Дописав, он тут же спрятал маркер обратно в карман. Потом, уже из переднего кармана, он достал зажигалку.
– Как говорил Гагарин: «Поехали»! – сказал он и, перевернув «трубочку», поднес к ее низу зажигалку.
– А что это? – спросил я.
– Никогда в детстве не делал дымовуху из селитры?
– Нет… – слегка смутился я.
– Тогда у тебя есть шанс наверстать. Закрой нос.
Я подчинился. Андрей держал зажженную зажигалку под «дымовухой» недолго. Уже через несколько секунд из нее начал сочиться дым. Но он шел все мощнее и мощнее. Андрей сначала поводил им под дверью 16-ой квартиры, потом положил в центре лестничной клетки. К тому времени дым пошел с большей силой. Я почувствовал тяжесть в ногах. И то как сердце бьется уже где-то в животе. Такого у меня давно не было. Я всегда называл это «ощущение приключения». Держу пари, у меня даже руки затряслись.
– А где колонка? – спросил я.
– А вот это, друг мой, финальный штрих, – сказал он. – Погнали отсюда!
И мы побежали по лестнице вниз. На лестничном пролете между этажами было огромно окно. Андрей выудил белый маркер и написал огромными буквами: «Открой окно, дурак!» и пририсовал три стрелки, указывающие на окно. Когда мы выбежали из подъезда, Андрей достал свой телефон и сказал:
– Три, два, один, – и нажал что-то.
В то же мгновение тишину ночи разорвал чудовищный звук. Это было нечто похожее на пожарную сирену, только с добавлением звуковых эффектов. Для нас, стоящих на улице этот звук звучал приглушенно, но вот как это ощущалось жильцам… Трудно даже представить. Я смотрел на окно последнего лестничного пролета. По сравнению с остальными оно было намного светлее. Если остальные окна казались черными, то это казалось серым. Со стороны подъезда послышались крики, стоны, охи. Кто-то заорал: «Открой окно, дурак!». Мы с Андреем дружно заржали. В тот момент меня переполнял восторг. Восторг от того, что я участвовал в этом. Что я, наконец-то, перестал быть сторонним наблюдателем, а сам что-то сделал. Окно на четвертом этаже распахнулось и на улицу повалил дым. Через несколько мгновений из открывшегося окна вылетела наша «шашка». Она приземлилась в двух метрах перед нами, в полете оставляя за собой дымовой шлейф. С площадки четвертого этажа послышался крик: «Да выключите кто-нибудь эту сирену!». Меня вдруг осенило:
– Андрюх, а как она выключается?
Он, все еще посмеиваясь, ответил:
– Вручную – никак. Арчи там пошаманил. Только если я ее отключу с телефона, – он помедлил. – Или они ее сломают.
И, словно в подтверждение его слов на четвертом этаже послышался треск, и звуки смолкли. Андрей слегка толкнул меня в плечо:
– Пойдем дальше. Какой там адрес?
– Так у тебя же бумажка.
– А, точно, – сказал он и полез в карман.
– Эй, вы! – раздался крик со стороны дома.
Мы синхронно посмотрели в ту сторону. Из окна четвертого этажа выглядывал мужчина лет пятидесяти и смотрел прямо на нас.
– Это вы сделали? – проорал он.
– Без обид, папаша! – весело крикнул Андрей в ответ. – Вы у соседа из шестнадцатой поинтересуйтесь!
– Я живу в шестнадцатой! – проревел он.
Мне стало слегка не по себе. «Неужели информатор ошибся с квартирой?», – промелькнула у меня в голове шальная мысль.
– Тогда у сына своего спроси! – ответил Андрей. Судя по тону, ему слова мужчины тоже пришлись не по душе.
– Ну, вот я сейчас спущусь! – он скрылся в окне.
– Бежим! – повернулся Андрей ко мне. – Я примерно помню, где здесь Земляничный бульвар.
И мы сорвались с места. Андрей бежал немного впереди меня, потому что в нашем тандеме он единственный знал дорогу. По крайней мере, делал вид, что знал. Выбежав со двора, мы оказались на небольшой улочке. На ближайшем указателе я прочитал название: «Красногвардейская».
– Нам дальше, – выдохнул Андрей и мы продолжили путь.
