– Идите спать, дамочка. Саня, подойди сюда. Ты их рассмотрел?
– Н-нет, – послышался в ответ робкий голос.
Обладатель этого голоса был, наверное, моим ровесником. Или, может, немного старше.
– Один бросил сюда д-дымовуху, – сказал он, слегка заикаясь. – А п-потом колонку. Но он раз-зговаривал с кем-то. Я т-точно слышал.
По голосу слышалось, что он боялся тех, с кем говорит. И заикался он больше от страха, нежели от проблем с дикцией. Я почувствовал, что рука убралась с моего рта. «Сиди тихо», – услышал я над правым ухом тихий голос Андрея. В подвале было темно, хоть глаз выколи. Единственный свет лился сверху, сквозь решетку, через которую мы и забрались сюда. Я попытался взять пакеты, но Андрей остановил меня:
– Они слишком шумные. Если эти ублюдки услышат нас – то это все. Их как минимум шестеро. Нас двое. Какие у нас, по-твоему, шансы?
– Никаких.
– Правильно. Давай лучше подождем, пока они уйдут. Тогда и мы пойдем.
А наверху, тем временем, диалог уже закончился. Я услышал, как один из пришедших, не тот, который раньше разговаривал с жильцами, а другой, читает нашу надпись:
– Виноват ваш сосед из 12 квартиры. Саня, про тебя пишут!
– Это точно толчки. Другим не резон это делать, – ответил тот, что обещал вырвать нам кадыки.
– Так и где они? Толчки твои? – спросили у него.
– А я знаю?! – злобно ответил он. – Видимо, уже смотались отсюда. Ничего, ты нам адреса своих пацанов скинул, туда наши уже идут. Если что – мы их выловим. Много их быть не должно. А даже если много… – он не закончил.
Несколько секунд продолжалось молчание. Затем кто-то спросил:
– А вы в подвале смотрели?
Я похолодел. Эта фраза была равносильна приговору. Если бы я не стоял на одном колене, то точно бы рухнул, потому что ноги мои сделались ватными. Андрей еле слышно обошел меня и залез под лестницу. Я пошел за ним. Пакеты лежали за углом, просто так их увидеть было нельзя. Но если кто-то захочет спуститься в подвал, то не заметить их он не сможет.
Сверху послышались приближающиеся шаги.
Скорость, с которой надвигались люди сверху, повергла меня в ужас. Я взглянул на Андрея. Тот, хмурясь, смотрел на меня. Он сделал едва заметное движение головой и одними губами сказал: «Быстро иди сюда». Через секунду мы уже вдвоем сидели под лестницей. Те, кто бежал к нам с четвертого этажа остановились. Внутри у меня все бурлило.
Над нами тем временем все стихло. После топота, который издавали те, кто был сейчас над нами, казалось, что я попал в вакуум. Тишина давила на уши, меня раздирало изнутри от адреналина, вызванного страхом.
– Они там, – прозвучал голос прямо надо мной.
Я содрогнулся. Если этот парень сейчас полезет в подвал…
– Да нет там никого, – ответил ему другой голос с ноткой скепсиса. – Они давно смылись через подъезд.
Послышались удаляющиеся шаги. В сантиметре от моего уха раздался едва различимый шепот Андрея:
– Уходим, только тихо.
От неожиданности я отшатнулся и полетел наземь. Я крутанулся на носках и упал на вытянутую руку.
– Там кто-то есть! – сверху снова послышался голос.
Я посмотрел на Андрея. Он, с идеально круглыми от ужаса глазами, одними губами выговорил: «Идиот». Несколько секунд стояла тишина. Затем послышалось пиликание домофона и открытия входной двери.
– Это мыши. Пойдем уже, – и, после недолгой паузы, добавил: – Оставим здесь одного на шухере, на всякий пожарный.
Снова тишина. Затем опять удаляющиеся шаги. И звук закрытия входной двери. Я поднялся и пошел за пакетом.
– Стой! – шепотом сказал Андрей. – Они одного оставили.
Я застыл. Но мне тут же пришла в голову мысль:
– Если они его оставили здесь, то ты только что спалился. А если он снаружи, то он нас не услышит.
И продолжил путь к пакету. Он заметно облегчился с тех пор, когда я его взял из рук Юры на берегу. Взяв пакет, я осмотрелся. Подвал представлял собой коридор, начинавшийся с темной комнаты слева от меня. А справа от меня был длиннющий проход. Коридор был освещен только теми осколками света, которые просачивались в него из подъездов. Конца его видно не было, так что казалось, что он уходил в пустоту. Вдоль стен тянулись трубы, видимо, обеспечивающие местных теплыми батареями и горячей водой в кранах.
Андрей молча прошел мимо меня. Он направился по коридору направо, игнорируя комнату, что была слева от меня. В темноте, на фоне слабого света из подъездов, я видел лишь силуэт Андрея. Он сделал несколько шагов и споткнулся. Придя в равновесие, он повернулся ко мне и произнес:
– Можешь включить фонарик?
Через секунду подвал озарил яркий свет. Я сощурился и постоял несколько мгновений, ожидая, пока глаза привыкнут к новому освещению. Андрей же, невозмутимо шел вперед. Земля под его кроссовками издавала какой-то странный звук, похожий на хруст.
