Я целую его, пока его касание не смещается к краю трусиков, и наконец тёплая кожа встречается с тёплой кожей. Наши рты раскрываются, когда один, затем два пальца проникают в меня, а его большой палец дотрагивается до моего клитора. Нежными, дразнящими касаниями.
Поверить не могу, что это происходит. Ну то есть, в каком-то смутном уголке моего сознания мой мозг говорит:
Я никогда прежде не испытывала оргазм с мужчиной. А теперь я верю Райдеру. Дело было не во мне. А в них. Другие парни делали всё неправильно. Они были неправильными. Они не были Райдером, который так привык читать все мои действия и уязвимости, что наблюдать за каждым моим движением для него уже привычка. Они не дразнили меня так, будто им совершенно плевать на время, будто их удовольствие — это последнее, что их волнует. Они не медлили и не ждали едва заметного движения моих бёдер, чтобы я могла гнаться за этим ощущением, приближаясь и приближаясь…
— Райдер, — шепчу я.
Из его горла вырывается очередной тихий звук, и я глотаю его поцелуями. Весь мой организм словно простреливает электричеством, ослепительный свет пляшет в моей груди, в паху, в каждом сантиметре кожи, к которому он прикасается.
— Я к-кон… — я даже не успеваю договорить и выгибаюсь под его ласками. Ударная волна проносится по всему телу, когда я невольно вжимаюсь в его грудь, и его мощная рука крепко удерживает меня. Одна сильная волна накатывает за другой, и это не прекращается. Пальцы Райдера нежно дразнят меня внутри, большой палец прикасается идеально лёгкими движениями.
Его поцелуй кажется благоговейным, и я чувствую улыбку на его губах, когда он отстраняется. Когда он убирает руки из моих спортивных штанов, я ожидаю, что сейчас опять появится один из его джентльменских носовых платочков. Вместо этого мне приходится крепко стиснуть бёдра, потому что Райдер смотрит мне в глаза и облизывает каждый из своих пальцев начисто.
— Господи Иисусе, — мой голос такой хриплый, будто я выкурила пачку сигарет. — Ты грязный лесоруб.
Он приподнимает плечо и убирает последний палец изо рта, причмокнув. Я словно в трансе и дёргаюсь, когда мой телефон вибрирует.
Я неуклюже хватаю телефон, во многом полагаясь на автозамену, потому что пост-оргазменная Уилла не в состоянии печатать.
Райдер хмурится, читая сообщение. Его палец ложится под мой подбородок и приподнимает голову, чтобы наши глаза встретились.
— Тогда ты на одно очко впереди!
Он закатывает глаза и печатает.
— Всё между нами — это соревнование.
Я сразу же жалею об этих словах. В прошлом это было правдой. Мы шли нос к носу. Ожесточённое состязание из розыгрышей, шуток и подколок. Но в процессе что-то изменилось. Из-за моих слов случившееся только что и у водопада кажется тактическим, просчитанным. Бессердечным. Как бы мне ни хотелось в это верить, я начинаю бояться, что это не так. Что между нами что-то есть, как бы меня это ни пугало.
Выражение лица Райдера делается замкнутым, пока он читает мои слова. Когда он поднимает взгляд, такое чувство, будто кто-то погасил пламя, пылавшее в его глазах. Он склоняется над своим телефоном, после чего мой вибрирует.
Я смотрю на слова
Райдер выбирается из-под моего тела, аккуратно ставит виски и конфетки на журнальный столик. Я награждаю его обиженной и нахмуренной гримасой, которую он игнорирует и дважды хлопает в ладоши, показывая в сторону моей спальни.
Я скрещиваю руки на груди и хмуро смотрю на него, пинаясь, когда он подхватывает меня на руки.
— Даже не смей думать, что если ты подарил мне мой первый оргазм от мужика, то ты можешь начинать командовать мной, Бергман. Я независимая женщина, и если у тебя сложилось впечатление, будто я слушаюсь чьих-то приказов… — меня перебивает широкий зевок, несколько приуменьшающий внушительность моей тирады, которую он наверняка вообще не слышит. — То тебя ждёт большой сюрприз.
Райдер широко улыбается, отбрасывая одеяло и кладя меня на кровать.
— Я душ не приняла, — ною я.
Он стягивает меня толстовку и целует в лоб.
— Я воняю.
С меня снимают спортивные штаны.
— Ну не могу же я лечь спать вот так, — стону я сквозь зевок.
Одеяло натягивается до самого моего подбородка. Он снова мягко целует меня в волосы, делает глубокий вдох. Мои глаза отказываются оставаться открытыми, и сон овладевает мной.
