К февралю Мик был дома, его двигательные навыки улучшились, но он часто терял терпение, когда не мог сделать что–то так быстро, как мог раньше. Он был всё тем же и одновременно изменился, но мама так сильно любила его, что он мог окунуться в её заботу. Она ухаживала за ним и обеспечивала его всем необходимым. Мик смотрел на неё так, будто знал, что выиграл жену в лотерее, и это вызывало у меня улыбку.
Он никогда не сможет вернуться на работу и работать так, как раньше, он всё ещё владел салоном, но не мог работать в полную силу… этого было бы слишком много. Так что к маю он работал три утра в неделю и по большей части обслуживал клиентов, а не бегал изо дня в день. Это он оставил на своих менеджеров.
Наконец школа закрылась на лето, а мы с Кайлом приняли несколько важных решений. У мамы и Мика жизнь вернулась в норму. Они решили больше жить, а не усердно работать, поэтому не нуждались в том, чтобы я их стесняла. Так что я решила переехать в Лондон и жить с Кайлом. Я даже нашла работу в местной начальной школе, и мы решили поискать дом в пригороде. Я хотела воспользоваться своей маленькой заначкой, чтобы помочь с оплатой, и хотя Кайл в этом не нуждался, он понимал значение моего участия. Я хотела вложить в нашу новую жизнь всё, что смогу.
Эшли грустила из–за моего отъезда, и я знала, что буду ужасно скучать по Стэнли, но мы договорились встречаться раз в месяц, несмотря ни на что. Винни и Кайл наладили отношения за прошедшие несколько месяцев, мы часто виделись с Эшли и Винни, и мужчины начали общаться на почве взаимных увлечений.
– Они не всплывают, чтобы набрать воздух, – говорил Винни, держа в руках бутылку пива.
– Я думаю, это мировой рекорд, – смеялся Кайл.
Всё было как в старые времена, мы четверо снова были вместе, и иногда я не могла поверить, что ждала десять лет, чтобы это произошло. Моей жизнью был Кайл, всегда был с того первого поцелуя, он был в моих мыслях, в моих мечтах и в моих фантазиях, а теперь он был моей реальностью – наконец–то.
В мой последний день в школе мои дети устроили мне особый праздник, чтобы попрощаться. Они стоят на сцене в конце актового зала и все говорят по предложению о Лондоне, держа фотографии и рассказывая всем о том, на что он похож. Я быстро вытираю слёзы, глядя на них, держащих фотографии размером А4. Они такие милые и хорошие дети; я надеюсь, что с детьми в Лондоне будет так же легко. Затем, прежде чем я успеваю понять, что происходит, из колонок начинает играть песня «The Wannadies» «You and Me», песня, которую я полюбила с тех пор, как Леонардо ДиКаприо исполнил роль Ромео, а Клэр Дэйнс – роль Джульетты, но при этих обстоятельствах она кажется неправильной. И тогда я вижу его – Кайла. Я ошеломлена, моё сердце замирает.
Он проходит на центр сцены, где дети стоят с фотографиями в руках, а затем кивает им. Они медленно переворачивают свои фотографии, на каждой из которых оказывается по букве, которые вместе составляют предложение: «Ты выйдешь за меня замуж?».
Я ахаю, закрываю руками рот, и моё сердце начинает пульсировать от смущения, когда все взгляды обращаются ко мне. Кайл спускается, и дети выжидающе наблюдают за всем этим. Он подходит ко мне, так как я всё ещё пытаюсь осознать всю ситуацию. Он останавливается перед стулом, на котором я сижу, и опускается передо мной на одной колено.
– Софи Кинг, я люблю тебя и хочу, чтобы ты вышла за меня замуж. Ты согласна?
Ему больше не нужно ничего говорить, так как в его глазах я вижу всю тоску последних десяти лет. С этими словами он достаёт маленькую бархатную коробочку и открывает её передо мной.
На моём лице появляется широкая улыбка, и я начинаю плакать.
– Конечно, я согласна, – произношу я, подскакивая с места и сжимая его в объятиях. – Мне бы очень этого хотелось.
Он аккуратно надевает кольцо мне на палец и сияет, целуя меня на виду у всех. Боже, я люблю этого мужчину и слишком долго скрывала то, какой он на самом деле чудесный. Теперь все видят, как он прекрасен, и мне больше не нужно скрываться.
Два года спустя
– Ради Бога, мам, – вздыхаю я, когда она принимается готовить кексы на нашей большой открытой кухне. Мы живём в этом преобразованном амбаре уже восемнадцать месяцев. Он идеален для вечеринок и приёма большого количества гостей с севера, так как в нём шесть просторных спален. Он располагается в пригороде Лондона, достаточно близко, чтобы Кайлу было удобно ездить на работу. Он идеален и прямо сейчас переполнен людьми.
– Что? – невинно спрашивает она.
– Пожалуйста, сядь, ты больше проводишь времени на кухне, чем наслаждаешься вечеринкой.
– Мне нравится помогать, – вздыхает она.
– Ну, помоги, сидя здесь с бокалом вина, – успокаивающим тоном произношу я.
– Ты сядь, – парирует она. – Ребёнок может родиться в любой день, тебе нужно отдыхать и наслаждаться своей вечеринкой.
Я стону и закатываю глаза.
Эта вечеринка – идея Эшли, и она вовсю занималась её организацией.
– Где она? – Таня заглядывает на кухню и подходит ко мне. – Пойдём, мы собираемся немного поиграть, – хихикает она.
