– Хочешь сегодня поехать со мной на работу? – спрашиваю я, в то время как она сидит в своей пижаме и ест завтрак. Софи удаётся всё делать соблазнительным, или это просто мой извращённый мозг? Её волосы связаны на макушке головы, и хоть её хлопковые пижамные штаны ничего не показывают, я по опыту знаю, что она никогда ничего не надевает под них. Всё это дополнено обтягивающей майкой с кружевными краями, и я могу сказать, что под ней нет лифчика. Мне приходится подавить стон.
– Серьёзно? – она сморщивается, и на её лице танцуют веснушки, выскочившие после недавнего солнца. – Я не буду мешать?
– Нет, – я качаю головой. – Должно быть, тебе надоело торчать здесь. У меня несколько встреч, а ты можешь поболтать с Джеральдин. Потом у меня ланч с клиентом. Ты можешь пойти со мной, а вечером у меня будет дело, о котором я рассказывал, так что ты сможешь сходить на шоппинг в город и купить новое платье... если хочешь.
– Шоппинг? – она смотрит на меня искоса. – Когда ты говоришь о ланче и о перспективе нового платья, как я могу сказать «нет»?
– Отлично, иди одевайся, мне нужно ехать через пять минут. – Я сдерживаю желание шлёпнуть её по заднице, когда она пробегает мимо меня. Я знал, что могу сказать Софи одеваться за пять минут до выхода, потому что ей не нужны те вещи, в которых нуждаются другие девушки, чтобы выглядеть хорошо. Она возвращается через десять минут, приняв душ, надев джинсы, майку и конверсы. Эта девушка выглядит невероятно в любом наряде, и я всегда хотел, чтобы она была рядом со мной, хотел, чтобы люди считали её моей, даже если это было очень далеко от правды.
– Так что будет сегодня вечером? – спрашивает она, пока мы спускаемся к моей машине.
– Сетевая работа, – улыбаюсь я. – Мы собираемся на открытие клуба, там будет много моих нынешних клиентов и потенциальных, а также директора разных компаний, так что на самом деле будет просто много болтовни. Ничего особенного.
– Ничего особенного, – она приподнимает бровь и смеётся. – Звучит довольно важно.
– Нет, важность больше не в моде, – я усмехаюсь ей. Мне нравится дразнить эту девушку. – Так что лучше найди то, в чём будешь выглядеть мешочницей.
– Буду иметь в виду, – произносит она, пристёгиваясь ремнём безопасности.
Через полчаса мы паркуемся на моём месте на стоянке. Пять лет назад я купил одно старое высокое здание в Хакни и превратил его в свою студию. Раньше это было место печати старого издательства, но оно закрылось, и осталось просторное, но не слишком модернизированное здание, что оставляло простор для творчества. До этого я всегда арендовал помещения, работая с другими людьми, так что это стало моим большим прорывом. Когда я решил пойти в университет в восемнадцать лет, я выбрал физиотерапию. Было понятно, что я пойду в университет, и я был хорош в науке, так что подумал, что, по крайней мере, физиотерапия в конце концов даст мне работу. Не то чтобы я действительно хотел работать, я слишком привык к деньгам своего отца. Однако меня всегда интересовала музыка, и я быстро влился в работу диджея, когда поступил в Эксетерский университет. Кампус там довольно маленький, и я заработал себе имя, выступил пару раз, и всё с этого началось. На второй год я перевёлся на музыкальное продюсирование и продолжил работать диджеем и заниматься сетевой работой. К окончанию третьего курса я дошёл до большого города, до Лондона. Я легко заводил дружбу с важными людьми, и моё лицо просто подходило для всего этого. Я получил работу на студии и поднялся по карьерной лестнице. Я всегда держал глаза открытыми, а ухо в остро, и наблюдал за всем. Я учился у лучших и старался никого не злить. Казалось, моей сильной стороной было быть всем для всех, и я вдруг нашёл, чем платить за счета. У меня довольно хорошо получается делать людей счастливыми, и у меня есть способность управлять этим.
Единственная проблема в этой индустрии состоит в том, что всё фальшиво, и можно почувствовать себя одиноким, потому что никогда не знаешь, хотят ли люди общаться с тобой из–за тебя или из–за того, что ты можешь помочь им достичь успеха. У меня было множество девушек, большая часть из них на одну ночь, и странная преследовательница, но никто не задерживался надолго. Сложно поддерживать отношения, когда они основаны на той версии тебя, которую ты даже не узнаёшь. Мне пришлось стать определённым человеком, и у меня не было прошлого, которое держало бы меня на земле; это лето для меня важнее, чем когда–либо будет для Софи. Я смотрю на неё и вижу, каким был раньше, вижу, что раньше был с ней счастливым. Я не забытый мальчишка без родителей, я парень, которого Софи Кинг, я уверен в этом, любит.
– Это твоя работа? – спрашивает она, выходя из машины. – Похоже на фабрику, – она смотрит на здание из красного кирпича и обращает внимание на простую чёрную деревянную дверь, которая ведёт внутрь.
– Конечно, похоже, всё колдовство скрыто за скучным фасадом.
– Верно, – кивает она. – Надеюсь, у тебя хотя бы чайник есть.
– У нас есть кофеварка, – с поддельной болью в голосе произношу я.
