— Бл+… ну и втянул он тебя в передрягу… он точно тебя не обижает?
— Точно. Честное геймерское! — я попыталась перевести вопрос в шутку, но Люкас не улыбнулся. — Но вы же не вместе, Алли, да? Пообещай, что вы не пара! Тиль несла чушь по поводу ваших якобы чувств, но я знаю, что это неправда. Ты соглашалась с Тиль, потому что не хотела жаловаться на Гранда. А потом Лоренс воспользовался этой историей. Но вы ведь не вместе, да?
— Мы не вместе, — солгала я в очередной раз.
Это ложь, потому что мы с Грандом вместе. Мы настолько вместе, насколько не дано быть другим людям. Вместе мы прошли по краю жизни, вцепились в горло насилию и смерти и вернулись домой.
Сильнее этого «вместе» не бывает, даже если вскоре мы расстанемся навсегда.
— Ты в порядке, Алли? — Люкас встревоженно следил за моей мимикой.
— Да. Если хочешь, можешь навестить меня на новом месте и лично в этом убедиться.
— А где вы будете жить?
— … не знаю.
— Ты едешь домой к Гр… к мужчине и при этом не знаешь, где он живет?
— Получается, что так.
Я думала об этом, пока прощалась с Люкасом и открывала входную дверь. Во мне словно что-то переключилось, я достигла предела, за которым я доверяю Гранду настолько, что даже не задаю элементарных вопросов. Это неправильно и не приведет ни к чему хорошему.
Геймер выкатил чемодан на лестницу и остановился.
— Ну вот, помяни лихо… — пробурчал, глядя на сидящего на ступеньках Гранда.
— Привет, Люк!
— Иди в задницу, Гранд!
— И тебе доброго дня!
Александр попытался забрать чемодан, но я не позволила.
— Люкас помогает мне спуститься к машине!
Гранд шел следом и пыхтел мне в затылок. Никакого инстинкта самосохранения у мужика, только бы бегать и тяжести таскать!
Загрузив вещи в багажник, Люкас взял Александра за грудки. Смелый жест, даже, можно сказать, рискованный, но Гранд ему это позволил. Казалось, если Люкас сейчас ударит его по лицу, он даже не попытается защититься.
— Гранд, если ты хоть чем-то обидишь Алену, я… я сделаю тебе очень плохо. Так плохо, как тебе не было никогда.
— Договорились! — сказал Александр и посмотрел на меня.
В плену отвыкаешь от элементарных вещей. Например, от обуви. Любимые и очень удобные туфли неумолимо жали. Я незаметно сняла их под столом в небольшом пабе, где мы обедали на пути к родителям Александра.
Аппетит разыгрался зверский, словно я отъедалась за прошедшие дни. Гранд подкладывал мне еду, продолжая душить своей заботой. Я намеривалась съязвить, но была слишком занята поглощением пищи.
Лоренс посмеивался над поведением Гранда и надо мной тоже.
— У тебя отменный аппетит, Алена. Глядя на твои знаменитые фотографии, я бы не догадался, что ты столько ешь! — Мне не понравилась усмешка Лоренса и его взгляд. Он ревновал друга, и это неуместное чувство могло обернуться неприятностями.
— Я ем за двоих! — ответила, с удовольствием наблюдая, как француз в шоке открывает рот. Подождала секунд двадцать и только потом пояснила: — За себя и за Александра. Сам он не ест, а только мне приказывает.
Гранд смеялся, следя за реакцией друга, уж он-то знал, что я не беременна. Он действительно почти не ел. Хотелось заставить его, в лучших традициях нашего совместного заключения, но я не стала. Наши перебранки и так слишком напоминают отношения семейной пары.
Въезд в поместье Грандов изобиловал камерами. Чугунные ворота отворились, пропуская нас на подъездную дорогу, по обеим сторонам которой красовались идеально постриженные кусты.
— Сколько у вас садовников? — спросила, с благоговением разглядывая пейзаж.
— Территорией занимается нанятая компания.
— А слуг сколько?
— Слуг нет, только приходящие работники, включая повара и охрану.
— У тебя нет слуг?? — ахнула в притворном удивлении. — Ты что, сам одеваешься?!
— Хаха, Алена, очень смешно. Да, я одеваюсь сам. И вообще, это не мой дом, а родителей.
— Неужели они тоже сами одеваются?!
Александр пробурчал что-то грубое себе под нос.
Невдалеке показались приземистые деревянные постройки.
— Это поместье принадлежит нашей семье уже четыреста лет, а парк считается национальным достоянием. Дом несколько раз перестраивали, но остались рисунки первых построек, они развешены по всему дому, ты увидишь. А вот здесь родители держат лошадей.
Словно в подтверждение этому из одного из загонов показалась любопытная лошадиная морда.
— Очень красивое место! — признала я искренне, любуясь на естественную, безупречную красоту. Травинка к травинке.
Здесь живут так называемые старые деньги.
Гранд и говорить стал по-другому, с королевским акцентом. Если раньше он казался успешным городским красавчиком, делающим деньги из воздуха, то теперь я увидела нечто более глубокое. Историю, которая прячется за внешним лоском. Сотни лет семейной гордости и традиций.
От этого осознания и так огромная пропасть между нами превратилась в невообразимую, как между планетами в космосе. Когда я влюбилась в Александра, его харизма и успех казались достижимыми для простых смертных вроде меня, но в реальности дело обстоит по-другому. За небрежным лоском стоят века семейных связей и традиций.
