– Егор! – позвала меня Настя. – Скажи, что ты пошутил! Это ведь не может быть правдой…
Я не стал ничего отвечать и захлопнул дверь. И только выйдя на улицу, вдруг осознал, что признался (даже самому себе), что действительно влюбился в Стефанию.
Я зашла в подъезд и с приятным удивлением отметила, что новогодних украшений в нём стало ещё больше. Кажется, мы с мамой запустили этакий флешмоб для соседей.
– Мам, ты видела? Там ещё кто-то игрушки ёлочные принёс, – сказала я, заходя в квартиру.
– Да? – обрадовалась она. – Вот и хорошо. Значит, и остальные подтянулись.
– Угу, – закивала я, – не зря старались.
– Это точно. Проходи, обед готов уже. Заодно и расскажешь, как там на футболе?
Я не стала утаивать от мамы, что мы всем театром пошли смотреть матч. Но и рассказывать, что именно Любимов позвал нас, не решилась. Просто в нашем коллективе появился футболист. Так бывает. Иногда. Наверное. Впрочем, маму появление нового человека в театре не особо заинтересовало.
Мы сели за стол. Я вкратце рассказала ей о своих впечатлениях касаемо матча.
– Надо же, вам всем было интересно? – поразилась мама.
– Угу, – кивала я, одновременно поглощая обед.
– Ты аккуратнее, не подавись. Жуй медленно.
– Угу, – вновь кивнула я.
– Не замёрзли хоть?
Я отрицательно помотала головой, нечего пугать маму.
– Ну хорошо, – успокоилась она.
В дверь позвонили. Я с удивлением посмотрела на маму, разве мы кого-то ждём в гости?
– Пойду открою, – кажется, для мамы звонок тоже стал чем-то неожиданным.
Я последовала за мамой. Почему-то на душе стало как-то напряжно, словно интуиция подсказывала мне – сейчас произойдёт нечто страшное.
Дверь отворилась, и я увидела Леру. Значит, моей интуиции точно можно доверять. Вид у сестры был явно недовольный.
– Лера, привет, – первой нарушила молчание мама, – а я думала, вы уже уехали в отпуск.
– Сегодня вечером, – бросила она, продолжая буравить меня взглядом, – а пока забежала, нужно со Стефой поговорить.
– Хорошо, проходи, – пожала плечами мама.
Что привело Леру сегодня ко мне? Разве она не должна вовсю готовиться к перелёту в… куда они там летят? Точно не помню. Впрочем, это и не важно. Я была уверена, что в последних числах декабря моей двоюродной сестре будет не до всей этой темы с Любимовым. Однако как же я ошибалась…
Мы прошли в комнату. Я села на диван в ожидании «приговора». Как только дверь в комнату закрылась, Лера тут же принялась меня отчитывать:
– Вот кому я доверилась? А? Ты совсем отбилась от рук!
– Говоришь, как будто моя воспитательница в детском саду, – вырвалось у меня.
– Очень смешно, – скривилась сестра, – ты мне лучше скажи, как это понимать?
– Ты о чём? – искренне спросила я.
– Не понимаешь? Сейчас покажу, – она достала телефон и протянула мне.
На экране отобразился пост со странички нашего универа. Местные журналисты писали что-то про футбол и… про нас с Любимовым. Я полистала статью, пытаясь бегло прочесть текст. Внизу поста увидела фотографии. На них были изображены мы с Егором, стоящие в обнимку и такие… Счастливые? Папарацци даже успели запечатлеть поцелуй в щёку. Надо же, какие быстрые.
– И что тебе не нравится? – спросила я, отдавая телефон сестре.
– Неужели ты так хорошо играешь?
– Ты о чём?
– Признайся, ты ведь в него сама влюбилась, да? Нельзя так играть. Я тебя такой никогда не видела.
Я опустила глаза. Понимала ведь, что рано или поздно придется поговорить с Лерой. Но неужели обязательно обсуждать это прямо сейчас?
– Мне скоро на репу, – тихо пробормотала я.
– Ну конечно, тебе ведь больше ничего не нужно! Ах нет, теперь нужно. Любимов, да? Считай, помогла сестрёнке сойтись с парнем, супер!
– А что тут такого? – осторожно спросила я.
– Что такого? А то, что он меня, твою сестру, обидел, это ничего? – повысила голос Лера.
– Он сказал, что ни с кем не встречался уже давно.
– И что? Ты веришь ему, а не мне?
Я посмотрела на сестру. Слишком много в моей жизни было ситуаций, после которых доверия к ней поубавилось.
– Чего молчишь? Сказать нечего, да?
– Лер, скажи правду, что ты задумала?
Лера сложила руки на груди и пристально посмотрела на меня.
– Вы не будете вместе, поняла? – медленно, но очень твёрдо произнесла она.
– И что же ты сделаешь?
– Узнаешь, – она ядовито улыбнулась.
– Зачем тебе это? Лер, зачем ты это вообще всё придумала?
– Я хотела его наказать. Чтобы ему стало больно.
– Зачем? – Перед моими глазами встал образ расстроенного Егора. Так он выглядел во время нашего разговора про его семью.
– Потому что он сделал больно мне. И вообще, Стефа, я свою часть выполнила, а ты свою нет. Поэтому тебе необходимо бросить его.
– Давай перенесём разговор на будущий год, – взмолилась я.
– Нет, Стефа, нет.
– Почему ты так?
– Всё должно идти по плану. По моему плану, понимаешь?
– Но люди не игрушки, так нельзя…
– Но ты ведь на это пошла, – усмехнулась она, – ты ведь пошла на всё ради своего театра, да? Самая правильная и совестливая Стефа смогла это сделать. Так доведи до конца начатое.
