– Не только из-за детской мечты. Ты ведь понимаешь?
– А из-за чего ещё?
– Из-за тебя, конечно же, – с теплотой в голосе ответил Любимов.
– Я тоже рада, – повторила я и на этот раз добавила: – И не только из-за того, что ты спас нас, играя Царевича.
– Вот как? А из-за чего же ещё?
– А то ты не знаешь, – я потупила взгляд.
– Догадываюсь, – вновь улыбнулся парень. Кажется, ему была приятна моя такая реакция.
– А к тебе придут на сказку? – спросила я, вспомнив, что Олеся Владимировна хотела прийти сегодня.
– Да, – кивнул он, – ты представляешь, даже отец собирался прийти. Олеся сказала, что они вот-вот будут в ДК. А к тебе придут?
– О да, целая толпа собралась.
– Ну здорово.
Зазвучал короткий сигнал. Видимо, Егору на телефон поступило какое-то уведомление.
– Сейчас, посмотрю, что прислали, – сказал он.
– Да, конечно, – кивнула я, – только звук убери, пожалуйста, чтобы во время спектакля не звенел, вдруг что.
– Слушаюсь, – засмеялся Егор и добавил: – Ты точно как режиссёр. Можешь работать с Костей.
– На самом деле ещё многому для этого нужно учиться, – улыбнулась я, – но я подумаю.
Я отошла, чтобы не мешать Любимову, и занялась своей причёской. Нужно было спрятать волосы под платок. Может быть, ещё грим добавить для устрашения? Хотя у нас ведь не ужастик… Да и не успею я грим этот стереть никак. Но мушку, которая больше походила на бородавку, я всё же себе нарисовала.
– Как тебе? – весело спросила я у Егора.
Но он не отвечал. Я обернулась и увидела парня, растерянно державшего в руке телефон.
– Что-то случилось? – мигом испугалась я. В голову тут же полезли дурные мысли.
– Да ерунду какую-то прислали, – задумчиво произнес Егор, – не думал, что наши фото вызовут такой ажиотаж.
– А что случилось? – спросила я, понимая, о каких фотографиях идёт речь.
– Да какая-то девушка прислала сообщение, – подошёл ко мне Любимов, протягивая телефон, – хочешь, почитай.
Я посмотрела на экран и замерла:
Привет, Егор. Ты, наверное, не помнишь меня, но это и неважно. Вижу, ты сейчас счастлив. Однако мне хочется предупредить тебя, чтобы в дальнейшем тебе не было сильно больно. Твои отношения со Стефанией – не более чем очередной её спектакль. Ты, наверное, думаешь, что это всё была случайность? Ваша стенгазета, бесчисленные падения Стефы и всё остальное? Нет, увы, всё это спланированная операция. Она намеренно влюбляла тебя в себя, чтобы потом разбить сердце. А знаешь почему? Ей нужно было спасти театр. Она была готова на всё. Не хочу вдаваться в подробности, возможно, она тебе сама расскажет.
Ты думаешь, что правда был ей интересен? Да она тебя ненавидит. Ты всегда был ей неприятен. Но вряд ли тебе когда-либо так казалось, видишь, какая она хорошая актриса?
Я хочу открыть тебе глаза. Надеюсь, ты поймёшь, что такой человек, как Стефания Королёва, не должен находиться рядом с тобой. Всего тебе наилучшего.
– Представляешь, какой бред написали, – произнёс Егор, – неужели за нами следили? Раз про стенгазету знают и про то, что ты падала. При чём тут театр? Наше общение с тобой – спектакль? Вот у кого-то фантазия бурная.
– Угу, – нервно сглотнула я.
– Стеша, да не переживай ты так. Я удалю сообщение и заблокирую этот номер, всё в порядке.
– Егор, – я посмотрела на парня, понимая, что дальнейшие мои слова, скорее всего, навсегда оттолкнут его от меня.
– Стеша, ты чего?
– Я и вправду… заключила сделку с одним человеком, – тихо произнесла я.
– Что? Ты хочешь сказать, что это всё правда?
– Не всё. Я тебя не ненавидела. Ну да, меня многое бесило, но я думала, что ты заносчивый и самовлюблённый, – затараторила я.
– Я не понимаю, при чём тут театр?
– Нужно было найти людей для голосования, а у неё… у неё была аудитория. И мы договорились, что я… влюблю тебя в себя. Как бредово это звучит теперь, – я закрыла лицо руками.
– В обмен на голоса незнакомых людей?
– Театр надо было спасать!
– И ты решила… С чего ты вообще решила, что я в тебя влюблюсь?
– Я не думала, что это получится, – призналась я.
– Но получилось, – с явным сожалением произнёс Любимов, – получилось…
– Прости меня, – я посмотрела на парня, – прости… Я…
