В этом городе ни родственников, ни корешков у него не было. Да и был-то он в нём всего несколько раз, тайно и кратковременно. Поэтому здесь сравнительно безопасно – засаду ему устроить негде. Тем не менее, надо вести себя предельно осторожно и найти надёжное убежище.
А приезжал Лютый сюда в последний раз незадолго перед арестом. Он никогда не занимался сам сбытом краденого товара – у него для этого дела имелись свои люди и даже тайные места, где можно было хранить товар, а также производить сделки. Эти люди много рисковали и мало получали. Большую часть забирал себе Лютый. Одно из таких мест и находилось в этом городе.
В маленьком домике, обнесённом забором и спрятавшимся в густых зарослях сирени и черёмухи, жила тогда старушка со своим единственным внуком. Старушка была больна, а внук, предоставленный самому себе, вёл независимый образ жизни. Его родители уехали на далёкий Север и присылали ему на пропитание немного денег.
Мальчика звали Валерик Шутов и был он года на четыре моложе Лютого. Неизвестно, какими путями связала их судьба, хотя Валерий, никогда не встречавшийся с Лютым, много слышал о нём, боялся его и восхищался его воровским авторитетом.
Дом был очень удобен для тайного дела, так как стоял на окраине города и был полностью скрыт от посторонних глаз.
Валерий, который получил кличку «Шут», гордился оказанным ему доверием и всегда с охотой принимал ворованное. В его обязанности входило хранение и доставка товара в назначенное место, а за это он получал удовлетворение своей лжегордости и лжелюбопытства, а также кое-что наличными.
И вот во время последнего визита Лютого в город состоялась встреча его с Валерием.
Все дружки тогда были при деле, и Лютому самому пришлось появиться в доме Шутова, где произошла очередная сделка. Собственно говоря, это была даже и не сделка, а просто очередной «сплав» краденого. После этого Лютый с Валерием не встречался.
Когда состоялся суд над Николаем Лютым и его дружками, Валерий Шутов не проходил по делу даже свидетелем: так умело и хитро смог Лютый организовать деятельность своей компании. Лютый надолго забыл о самом Валерике и его надёжном тайнике – не было необходимости вспоминать о нём.
Вот только теперь, тайно появившись в городе и не имея убежища, Лютый вспомнил о своём бывшем корешке. Правда было здесь у Лютого и другое знакомство, но им он сейчас воспользоваться не хотел, боялся, приберегал на самый крайний случай.
Это был старик, которому Валерий отвозил вещи, доставляемые ему людьми Лютого. Валерий не знал ни имени старика, ни роли его в шайке и только передавал ему свертки со словами: «Лютики процветают». Так было условлено и Валерий в точности исполнял ритуал перевозки и передачи, не получая при этом от старика ни денег, ни расписки. Как он расплачивался с Лютым, Шутов не знал и узнать не пытался.
Лютый не любил старика за его фантастическую жадность, но его услугами постоянно пользовался, зная безотказность и почти стопроцентную надёжность компаньонства.
С трудом отыскал Лютый домик Шутова – кругом поднимались многоэтажные здания. Только этот домик, да ещё три-четыре рядом, стояли, как прежде, и ждали своей печальной участи.
Лютый хорошо помнил калитку и садик, но не пошел через неё, а быстро и легко перепрыгнул через забор и затаился, прислушиваясь. Деревья стояли уже голыми, но раскидистые кусты сирени скрывали его от случайного постороннего взгляда.
В окнах горел свет. Лютый старался заглянуть вовнутрь комнаты, но занавески были так плотно закрыты, что не оставалось ни малейшей щели. Осторожно, чтобы не испугать хозяев, Лютый постучал в оконное стекло. Никто не отозвался, только был слышен детский плач. Постояв минуту, Лютый повторил свой стук более громко и спрятался в тень. Яркий свет прорезал темноту и выхватил из неё узкое пространство.
–Кто там? – услышал Лютый мужской голос и, вытянув шею из-за кустов, посмотрел на спросившего.
Несмотря на то, что прошло немало лет, утекло много воды, Лютый по каким-то характерным признакам узнал в этом мужчине бывшего «мальчика» Валерия Шутова.
–Я это. Я – Лютик, открой на минутку, Шут. Есть дело.
Выглянувший из окна замер, словно «переваривая» услышанное, или вспоминая, кто такой Лютик, потом быстро задёрнул занавеску и отпрянул от окна. Тень на занавеске продолжала стоять ещё некоторое время. Потом она исчезла, и через минуту щёлкнул засов на входной двери.
Шутов вышел на крыльцо и стоял, ожидая, когда подойдет человек, назвавший себя Лютиком.
–Привет, кореш! – вынырнув из темноты, вполголоса сказал Лютый.
–Откуда ты взялся? – не отвечая на приветствие, спокойно произнес Шутов.
–Оттуда, где Панас свиней не пас.
–Надолго в наши края?
–Нет, ненадолго, да ты впусти в дом-то. В темноте мы не договоримся.
–Нам договариваться не о чём, но в дом заходи, милости прошу.
По интонации и словам Шутова Лютый понял, что здесь его не встретят и не обогреют.
